Трэтер – 2

За то, что они делали, их стоило убивать медленно-медленно, с особым шиком!

Дети от пяти до лет двенадцати на вид жили здесь в роли подопытных пособий и пищи… Да, банальные, сука, людоеды! Поднять бы еще раз их всех и работорговца с экипажем, и убить снова, и снова!

Правы были старейшие: у рептиров нет ни сострадания, ни совести, никаких положительных качеств. Бездушные искусственно выращенные машины для уничтожения всего живого во Вселенной. Но уничтоженные и изуродованные тельца детей, которых пришлось добивать, потому как только так можно было бы подарить им свободу и избавить от мучений, я не забуду никогда.

Опыты и еда. Чего они искали? Почему из найденных здесь детей все малыши моей расы?

Я плакала, когда собственноручно нажимала на курок. После этого сил оставаться и дальше в этом проклятом месте не было. Хотелось стереть его с лица земли, чтобы никогда никто не мог даже вспомнить про то, что такое происходило.

Вернувшись обратно и переправив в лечебные капсулы шестнадцать малышей, я молча отправилась в зону отдыха, с головой уходя в водную прохладу и замирая под толщей воды.

Эмоции, бушуя во мне, так и норовили вырваться. А повторного всплеска, который прочувствуют все присутствующие на корабле, мне не хотелось. И слезы… они удобно и незаметно смешиваются с водой… Слишком больно и жутко… убивать детей. Даже зная, что так правильно и им не помочь… Не помочь даже при имеющейся у нас технологии! Ублюдки! Ррр! Как же так?! Как?!

– Будь ты проклят Арсерт! – вынырнув заорала я, не сумев вовремя удержать в себе злость, отпуская её.

Зато полегчало.

Я устало вывалилась из воды, распластавшись тут же рядом, на бортике бассейна. Глаза уставились в зелень какого-то растения. Рядом, шумно дыша, завозился, укладываясь под бок и грея, Халк. С другого бока привалился Лер. Молча.

Так мы и лежали…

Звук биения двух сердец рядом со мной, не позволяет скатиться в полную апатию и засасывающую меня пустоту.

Руки, ласково поглаживающие голову, и запах земляники принесли тепло.

Я невольно улыбнулась: Орх пришел.

Прикрыв глаза, я впитывала тепло, которое мне дарили и медленно вытягивали к жизни. Потихоньку полегчало. Краски вновь стали ярче, и появился смысл жить дальше.

Я почувствовала, как тело, сбросив напряжение, сменяет боевую форму, первым делом убирая черные стилеты на моих пальцах.

– Я люблю вас. Всех, – улыбнулась я, принимая сидячее положение.