Необычные люди и авантюристы разных стран

] купил себе место в некоем подобии театра, сооруженного для предстоящего события при входе в Тюильри.

Было приказано соблюдать полнейшую тишину и чтобы никто ни под каким предлогом не обнажал голову. Королевская карета, впрочем, была окружена национальными гвардейцами, образовавшими вокруг нее непроницаемую стену. Приказ, добавлю, не помешал мне при появлении короля приподнять шляпу – смелость, за которую я дорого бы заплатил, если бы какой-то офицер не убедил sans-culottes оставить меня в покое, уверив их, что я всего лишь «сумасшедший ирландец».

В карете вместе с королевской семьей находились два уполномоченных, Барнав и Петион[68 - … два уполномоченных, Барнав и Петион… – Антуан Пьер Барнав (1761-1793), адвокат, депутат, обвинялся в отравлении Мирабо, выступал за сохранение рабства в колониях, на основании найденной переписки со двором обвинен в роялизме, осужден и гильотинирован; Жером де Вильнёв Петион (1756-1794), адвокат, депутат, мэр Парижа, выступал за отрешение короля от власти и за процесс против него, покончил жизнь самоубийством.

], у последнего на коленях сидел маленький дофин. Третий уполномоченный, Латур-Мобур[69 - Третий уполномоченный, Латур-Мобур… – Сезар де Фай, граф Латур-Мобур (1756-1831), в 1789 г. – депутат в Генеральных Штатах, в 1792 г. вместе с генералом Лафайетом перешел на сторону противника, был арестован австрийцами, при Бонапарте вернулся во Францию.], находился во втором экипаже. В королевской карете сидели два телохранителя, оба молодые и хороших фамилий. Руки у них были связаны, словно у самых презренных негодяев, а палящие лучи солнца обжигали их лица.

Двадцатого января, накануне казни Людовика XVI, Уэйли увидел, как в Кафе де Фуа вошли два человека, вооруженных саблями и пистолетами, и прокричали: «Кто хочет спасти короля, пусть идут за нами!» Никто не отозвался на этот призыв. На следующий день в девять часов ирландец, «одетый настоящим санкюлотом», находился на площади Революции, которая уже была полна любопытствующими, но когда его вытолкнули к самому подножию эшафота, смелость покинула его, и он убежал в Пале-Рояль.

Однако же он пересказал нам то, что ему удалось узнать о трагедии.

В десять часов появился большой корпус пеших и конных солдат. За ними проследовала запряженная двумя черными лошадьми карета, везшая королевскую жертву, ее духовника, члена муниципалитета, двух офицеров национальной гвардии и двух присягнувших священников.