Странная история дочери алхимика

Каждая транзакция имела место первого числа каждого месяца, получатель и цель платежа были указаны одни и те же: «Общество св. Марии Магдалины, 1. Хайд, расходы на содержание».

Хайд! Мэри шумно вдохнула при виде этого имени. Оно вызвало яркий образ из ее детства: друг ее отца, известный как Эдвард Хайд, – бледный, уродливый, волосатый мужчина со зловещей ухмылкой, от которой у нее всякий раз пробегал мороз по коже.

Мэри: – Как-то это мелодраматично звучит, вы не находите?

Кэтрин: – Но признай, рядом с ним ты всегда чувствовала себя неуютно.

И еще он был невыносимо груб.

– Этот счет теперь принадлежит вам, – сказал мистер Гест. – Как видите, изначально на нем лежало сто фунтов. С тех пор ежемесячно деньги расходовались небольшими порциями – на какую-то не совсем понятную мне цель… – он сделал паузу, словно ожидая от Мэри каких-то объяснений. Но даже будь у нее мысли по этому поводу, она ни за что не стала бы делиться ими с поверенным. После короткого молчания он продолжил: – После последней транзакции на счету осталась некоторая сумма – кажется, в районе двадцати трех фунтов.

Боюсь, меньше, чем хотелось бы.

Конечно, меньше, чем хотелось бы, – но перед Мэри пронесся целый вихрь прекрасных видений: она теперь сможет заплатить мяснику… И зеленщику… И, конечно же, выдать жалование миссис Пул! Может, они даже могли бы уговорить кухарку вернуться, раз она все равно не хочет жить у сестры в Йоркшире! И тогда миссис Пул не придется сражаться с плитой и пытаться приготовить что-то съедобное с помощью поваренной книги, которую ей теперь пришлось открыть впервые в жизни.

Но нет, Мэри хочет слишком многого. Конечно, двадцать три фунта – это гораздо больше, чем было у нее до этого, но все равно их недостаточно, чтобы прожить какое-то длительное время, по крайней мере в доме 11 на Парк-Террейс. И все-таки паника Мэри хотя бы немного улеглась. Но вернулось недоверие.

– Содержание Хайда? – спросила она. – Но какое отношение моя мать может иметь к Хайду? Я была ребенком, но запомнила, как в наш дом явилась полиция и расспрашивала отца об этом человеке.

– Я в то время был клерком при мистере Аттерсоне, – кивнул мистер Гест. – И я очень хорошо помню все обстоятельства, сопутствовавшие тому делу, – хотя, конечно, мне посчастливилось никогда лично с мистером Хайдом не сталкиваться. Именно поэтому я попросил вас посетить меня как можно скорее, при всем моем уважении к вашему трауру, мисс Джекилл.