Пульсация

Любопытство оказалось сильнее, и Кулидж, на всякий случай еще раз тщательно осмотревшись, полез вниз.

Лестница была холодной и расшатанной, она оставляла неприятный запах ржавчины на руках и рыжий окрас. Шпион спускался долго, и вот нога, вместо того, чтобы нащупать очередную перекладину, уперлась в землю.

Кулидж осмотрелся, но видно было только небольшой кружок неба наверху. Он включил фонарик на телефоне. Свет подрагивал в его трясущихся от волнения руках и выхватывал из темноты земляные стены.

Это была небольшая землянка, в которой не было ровным счетом ничего. Кулидж разволновался еще больше – неужели совсем ничего?

Медленно он проходил вдоль каждой стены и подробно осматривал её. С упавшим сердцем он готов был в очередной раз испытать величайшее разочарование в своей жизни, но в конце концов увидел его. Герб, такой же, как на крышке наверху. Кулидж приложил брелок, и круг в стене медленно, со скрипом повернулся. Это был небольшой металлический сейф с одной-единственной коробкой из плотного картона.

Внутри коробка была плотно набита тонкими папками. Судя по виду, папки жили в России дольше Кулиджа, и они тоже были не местными.

Кулидж старался действовать спокойно и быстро. Он взял коробку по мышку, закрыл сейф так же, как и открыл, при помощи герба. Держась свободной рукой за лестницу, Кулидж осторожно поднялся на полголовы и осмотрелся. Парк по-прежнему пустовал. Английский шпион выбрался на поверхность, закрыл люк и забросал его землей.

Дома он лишь бегло осмотрел содержимое папок, он настолько устал от волнения и от многолетнего ожидания этого самого момента, что совершенно потерял интерес к тому, что же там было спрятано. Он помнил инструкцию – по обнаружении папок немедленно телеграфировать некоему Карлу Г. в Москву. Найти действующий телеграф оказалось тоже вполне себе задачкой, но Кулидж справился.

ДЕДУШКА УМЕР ТЧК ВЫЕЗЖАЮ

Без капли сентиментальности Кулидж осмотрел свою тесную хрущевку и закрыл дверь навсегда.

Пожилой джентльмен с английскими манерами и в русском пальто прилетел в Хитроу в десять утра, в воскресенье. С собой у него была только небольшая ручная кладь – сумка с документами, которую он не отпускал даже когда ходил в туалет (со слов стюардессы). Джентльмен скончался на месте от остановки сердца, едва только в его легкие полились первые куболитры чистейшего лондонского смога.