Суккуб желает поразвлечься

Почему-то здесь я оказалась в белом простеньком платье, которое в обычной жизни ни за что не одела. Теперь же довольно плотная ткань будоражила нежную кожу, щекотала при каждом малейшем движении набухшие соски. И он одним движением освободил их от сладкой муки, разорвав ткань платья вдоль от самого ворота до подола, который заканчивался где-то на уровне колен.

И я оказалась перед ним полностью обнаженной. Таких важных деталей, как трусики или бюстгальтер, не обнаружилось. Поэтому сейчас огонь отбрасывал яркие блики на тело, играя, словно на музыкальном инструменте.

Волк пытался поймать хоть один из них, но они вечно ускользали, едва альфа целовал кожу там, куда они указывали. Тело отзывалось, подаваясь вперед, вздрагивая и покрываясь мурашками. Сам же оборотень словно позабыл обо всем на свете, получив податливое существо в полную власть.

Опустившись ниже, он отрывистым движением провел пальцами по холму, скрывающему доселе спрятанный цветок. Приветственно раскрыла ножки, захватила его руку и направила туда, где разгоряченное и влажное сокровище пульсировало в нетерпении.

Он подчинился, учащенно задышав, когда я в ответ подалась вперед и завозилась с ремнем на брюках.

Тело вспыхнуло, когда на свободу вырвался его член, твердый до невозможности и готовый занять положенное ему место. Место, которым пока занимался оборотень, медленно лаская каждый миллиметр, то надавливая, то ласково поглаживая промежность.

Не выдержав возбуждения, нетерпеливо направила его к влагалищу, шумно выдохнув на пределе.

Оборотень прервал ласку лишь на мгновение. Чуть приподнявшись, он обхватил бедра и неторопливо вошел в меня, тут же вызвав во мне спазмы удовольствия, которые только начинали набирать силу.

А огонь вспыхнул, подчиняя меня своей воле, из волка тут же полилась энергия, жадно проглоченная стихией.

– Не останавливайся, – просила его, охваченная полубезумием то ли от секса, то ли от его энергии.

В ответ на просьбу он ускорился, сильно сжав мои ноги, пока я, положив одну его свободную руку на грудь, требовала его прикосновений.

И он дарил их – щедро, неистово и фантастично. Сжимал грудь, исследовал ореолы и ласкал соски, поглаживал живот, нежно прикасаясь к самому низу. Я же горела. И с каждой секундой мне требовалось все больше от него – чуть больше движений, чуть острее ощущений. Поэтому двигалась ему на встречу, поймав его ритм, охватывая его естество, боясь, что он остановится.

Но оборотень очень хорошо понимал мои желания.