Суккуб желает поразвлечься

Увы, теперь я не могла остановиться. Так уж вышло, что образовав между нами связь, он попал в ловушку. Такое уж странное действие установившейся связи: я могла «пить» только его энергию, он же теперь не мог причинить мне прямой вред. Своими руками не мог, а вот чужими…

Заставила себя пока не думать об этом. Я должна подпитаться от него. Ведь не знала, когда выпадет такая возможность еще. Это очень странно – по сути, я обязана находиться рядом с ним, чтобы не умереть, но нужно держаться подальше, ибо мотивы его не до конца прояснились.

Было нестерпимо больно осознавать, что вряд ли связь принесет нам что-то хорошее. Бессильный суккуб, который перестал ладить со своей стихией и оборотень, устранивший, пусть и не совсем своими руками, двоих вожаков.

Странно. Но пламя не дало поразмыслить. Едва я приблизилась вплотную к альфе, к «моему», черт подери, альфе, то мы одновременно перестали противиться взаимному притяжению.

Страдала. От ненависти к нему, к предателю. И от тяги, которой не могла противостоять.

Возможно, когда-нибудь, если выживу…

Когда выживу. Не думать, нет. Выживу, естественно, я – выживу.

Пламя дрогнуло, когда протянула к нему руки. Казалось, что оно и само не знало, что теперь делать. Сжечь или полюбить. Предателя.

«Не предатель» – шептало пламя.

«Предатель», – отвечала ему, опалив белую рубаху оборотня, который явился в наш со стихией мир.

«Теперь – нет», – шептала стихия.

«Но тогда…»

«Забудь…»

Если бы это было так просто. Забыть… Поверить…

Намного проще отрывать пуговицу за пуговицей, глядя на тяжело вздымающуюся грудь мужчины, снова прикасаться к нему, повторно исследуя сантиметр за сантиметром, смотреть, как пламя перебирается и на него, но не причиняет ни малейшего вреда оборотню.

Здесь даже не нужен был мой флер. Я ощущала, что альфа испытывает влечение по-настоящему, не наиграно. Но не предпринимает попыток сблизиться.

Нет фальши. Чувствую и знаю это наверняка. Это невероятно возбуждает. Знание, что мужчина хочет тебя.

Без чар, откровенно и страстно.

Десять. Ровно столько маленьких белых кругляшек я отделила от рубахи. Десять. Ровно столько же вздохов я подарила только ему. Он стоял, наслаждаясь прикосновениями горячих, пламенных рук. Замер, словно кролик перед удавом. И да, мне очень хотелось его «проглотить». Но не могла. Пока не могла.

Неторопливо сняла с него досадную помеху, приблизилась ровно на столько, чтобы между нами оставалось небольшое расстояние.