Мир между мирами. Превращение

– Грэй, будьте добры проводить даму в её апартаменты! – говорит Штайн.

Даму?! В апартаменты?! Это меня, что ли? У меня здесь есть свои апартаменты?

Грэй кивает Штайну и жестом предлагает идти за ним.

Да я бы с этим дворецким куда угодно пошла… Так, стоп, о чём это я?

– А ты куда? – окликаю я Штайна, который уже успел удалиться в глубину зала.

– Я сейчас всё приготовлю. Грэй потом позовёт тебя, – отвечает Штайн и, не сказав больше ни слова, скрывается за дверью.

– Идёмте, – произносит дворецкий и начинает подниматься по лестнице.

Да и голос у него приятный, мягкий такой, любезный. Так, что это я опять? Влюбилась, что ли? Я? в дворецкого?! Куда мир катится! Слава богу, мои мысли так и остались сугубо моими. Вслух я их не произнесла, а то стояла бы сейчас перед ним с красным, как помидор, лицом. Такое чудище, как я, да ещё с красной миной — ну просто замечательно!

Мы поднимаемся на третий этаж. Грэй останавливается возле двери и говорит:

– Прошу, мадам, отдыхайте.

Как только всё будет готово, я приду за вами.

С этими словами дворецкий, измерив меня на прощанье подозрительным взглядом, разворачивается и уходит по своим делам.

Нет, ну как так можно. «Мадам», «отдыхайте», «я приду». Разве можно так издеваться? И что значит этот странный взгляд, уже не первый раз ловлю его на себе. Ладно, пора ознакомиться с апартаментами.

Я открываю двери, захожу, и передо мной предстаёт большая комната с высоким потоком. Посреди комнаты стоит большая кровать с балдахином.

Всегда мечтала о такой кровати. Закрылся со всех сторон – и нет тебя, и не мешает никто. Возле кровати стоит небольшой шкафчик, а слева от двери – большое овальное зеркало. Меня как-то к нему сразу и притягивает. Подхожу, гляжу на своё отражение.

– Матерь божья! – всё, что я могла сказать. – Неужели это я?

Долго я стою, рассматривая своё отражение, словно в ступоре. Ладно, рука-лапа, к ней уже привыкла, но дальше. Глаза – вот что меня поразило. Левый глаз – абсолютно чёрный, как это уже случалось недавно.

А правый вообще ярко жёлто-оранжевый, с кошачьим зрачком. Какой зрачок у чёрного, определить было сложно. Вот оно, значит, что за жжение было, и зрение изменилось. Весь внешний вид вызывает много вопросов. Скоро я вообще, наверное, человеческий облик потеряю. На голове вместо нормального уха стремится в небо белое звериное. Да, теперь мне ясен столь странный взгляд от Штайна и от дворецкого. И ещё хвост пушистый.