Дай волю чувствам

Роза вытащила платье, выглядевшее простовато, и, держа его указательным и большим пальцами, заметила:

– Кажется, остальные вещи – менее «соблазнительны», чем белье. Но не думаю, что какое-то из этих платьев на меня налезет. – Она нахмурилась. – Странно, если чемодан собирала твоя мать, почему платья слишком узкие? Она ведь знает, какой у меня размер.

– Возможно, такой выбор одежды был сделан для того, чтобы ты выглядела соблазнительной в любом случае. – Аарон сделал над собой усилие, чтобы его голос звучал ровно.

 – Эти платья на тебя налезут, просто они более обтягивающие, чем те, что ты обычно носишь, и более неудобные, так что ты…

– Так что я буду расхаживать тут без них, в нижнем белье?

– Я хотел сказать, что ты выглядела бы в них по-другому.

– Нет ничего плохого в том, как я обычно одеваюсь.

– Нет, – согласился Аарон.

– А что? Более узкая одежда соблазнит тебя? А затем мы счастливо воссоединимся. – Она произнесла последнюю фразу еле слышно, словно самой себе. – Здесь нет ничего подходящего для сложившейся ситуации.

– Не думаю, что моя мать желала, чтобы мы оказались в ловушке. Наверное, ей хотелось, чтобы мы смогли насладиться отдыхом на этом острове, как в прошлом, – предположил Аарон и добавил:

– Можешь пользоваться той одеждой, которую мама положила для меня.

– Там, наверное, только джинсы да рубашки?

– Ходи в одном нижнем белье, если хочешь. В общем, выбирай сама.

Чтобы улеглось волнение, внезапно вызванное воспоминаниями о Розе в белье, Аарон отошел на другую сторону комнаты и посмотрел на бутылки со спиртным, которые Лиана оставила на кухне.

Он налил себе рома, разбавил его газированной водой и добавил лед из морозильника. Потягивая этот коктейль, Аарон повернулся и увидел, что Роза стоит к нему спиной. Глядя на ее плечи и шею, он подумал, что ему стоит только поцеловать жену, и она, застонав, возьмет его руки и положит их на свою грудь…

Аарон стиснул зубы и снова напомнил себе, что нужно контролировать ситуацию.

Но резкий всплеск желания не стал для него неожиданностью. Он всегда испытывал влечение к Розе.

Когда Аарон впервые увидел ее: волнующие изгибы ее тела, кудри, золотисто-коричневую кожу, – он замер, словно пораженный громом.

Ему удавалось игнорировать свое влечение к этой девушке целый год, но только потому, что их матери вместе проходили химиотерапию, и поддаваться своим чувствам казалось Аарону неуместным. Однако дружбы с Розой было для него недостаточно.