Роман на солнечном острове

Он был единственным человеком в зале ожидания, и ей следовало догадаться, что он ждет именно ее.

– Вы приехали за мной? – спросила она, глядя на него ясными карими глазами, полными любопытства.

– Разве это не очевидно? Я единственный стою здесь с табличкой, – ответил Калеб, с трудом скрывая свое раздражение.

Ее щеки порозовели.

– Во-первых, на вашей табличке написано «Сансет ризот», а мой отель называется «Плэже виллас».

Посмотрев на табличку, Калеб понял, что сестра Лайама права, и выругался себе под нос.

Похоже, он второпях взял не ту табличку из автомобиля, которым пользовался его шофер.

– Во-вторых, – продолжила она, – я тоже была единственным человеком из прибывших, который простоял здесь полчаса. Вы должны были меня заметить. Разве это не очевидно? – Ее брови поднялись. – Я к вам не подошла, потому что у вас была табличка с названием другого отеля. А вы почему ко мне не подошли? Вы не видели меня на фото?

– Нет, не видел. – У него не было оправданий, и, судя по самодовольному выражению ее лица, она это знала.

Почему он смотрит на ее красиво изогнутые губы? Почему она притягивает его словно магнит?

Калеб тут же прогнал эту мысль.

– Если вы закончили меня распекать, пойдемте.

Ее глаза весело заблестели, но она просто кивнула и последовала за ним.

Он старался думать о чем угодно, только не о женщине, которая скоро станет его родственницей. Точнее, родственницей его сестры.

Он потянулся за ее сумкой, но она отказалась ему ее отдать.

– Мне хотелось бы вам помочь, – натянуто вежливо произнес он.

 – Вы оказали бы мне любезность, если бы позволили это сделать.

Выражение ее лица изменилось. На мгновение она поджала губы, затем ее черты напряглись, и морщинки в уголках глаз стали более отчетливыми.

– Почему вы хотите нести мою сумку? – сухо спросила она.

– Вовсе не потому, что я думаю, что вы не можете ее нести, – ответил Калеб, пристально глядя на нее. – Я всегда помогаю своим сестрам.

– Я не ваша сестра.

– Верно, – согласился он. – Наверное, я просто захотел побыть джентльменом.

– Что-то мне подсказывает, что это не главный ваш приоритет.

Она была права. Он с самого начала вел себя не как джентльмен, а как грубиян. Но даже когда он это осознал, чувство раздражения никуда не делось. Оно не позволяло ему быть с ней помягче.

– Хорошо, – ответил он, отпустив ручки ее сумки. – Можете сами ее нести.

С этими словами он повернулся и направился к выходу, проигнорировав ошеломленное выражение ее лица.