Империя Тигвердов. Невеста для бастарда

– Я вот все равно не пойму, милорд…

– Что именно, госпожа Лиззард?

– Вы же командовали солдатами. Армиями. Теперь учениками и преподавателями…

– И вас интересует, почему я позволил прислуге сесть мне на голову?

– Именно.

– Вам известно, что делают с солдатом или офицером, не выполнившим приказ?

– В военное или в мирное время? – не могла не уточнить я.

Надо мной раздался довольный хмык.

– Значит – известно… От гауптвахты – до казни… В зависимости от ситуации. Это там, где мне все понятно.

А дома, я могу или гневаться – но повод нелепый, – или уволить всех… И тогда искать еще кого-то. Экономок, кстати, за год я сменил семерых.

– А что так?

– Все никак не мог объяснить, что обо мне нельзя сплетничать. Особенно с посторонними. И не надо сливать информацию обо мне в газеты. Тем более явно выдуманную. И не стоит устраиваться на работу, чтобы получить допуск в мой дом и попытаться пристроить свою девственную титулованную родственницу в мои жены…

– Серьезно? – рассмеялась я.

– Этим как раз пыталась заниматься предпоследняя экономка.

Я уже хохотала в голос.

– Вот вам смешно, а если бы у меня была хоть мало-мальски приличная репутация, эта история ее бы уничтожила.

– А я всегда считала, что вопросами репутации больше озабочены дамы.

– Не без этого, но, согласитесь, когда все тебя обсуждают и хмыкают у тебя за спиной – в лицо мне это делать никто не рискует… – приятного мало.

– Согласна… Противно.

– Хотя, если вспомнить о моем происхождении, я, наверное, должен был уже привыкнуть.

– Наверное, все равно хочется, чтобы люди оставили тебя в покое.

– Именно так.

– А что с вашей последней экономкой? Та, которая собрала вещи в тот день, когда мы познакомились?

– Сдала информацию в газеты о… подробностях моей личной жизни.

Я так поняла, что его лирические отношения с некой графиней стали достоянием народа…

– А кто был до этих двух? Последних.

– Летом… Девочка, молоденькая совсем. Из всех самая приличная была.

Забыл ее имя. Вера? Ника… Вероника ее звали.

– Как? – Собственное имя резануло сердце плохим предчувствием.

– Стойте, вас что, зовут так же? – удивился он. – А я сперва и не обратил внимания.

Я хмыкнула тихонько, отмечая замечательное свойство милорда – крайнее невнимание к окружающим его людям.

– Есть такое, – словно прочитав мои мысли, пророкотал вельможа. – Я плохо запоминаю все, что не относится к службе. Вот военные операции.