Лунный свет

Как бы ни была мама плоха, но она не хотела оставлять меня жить на улице или отправлять в детский дом. Там ещё хуже. Мама любила меня, как могла. На что хватало её скупых, оставшихся после дозы эмоций. Поэтому, как бы ни соблазняли её паршивые сектанты, мама всегда возвращалась домой. А сейчас…такой шанс. Нормальная клиника, качественное лечение.

Денис видел моё замешательство. Конечно, он же психиатр, знает что у людей в головах. Теоретически… И хоть я и стояла к нему спиной, всё равно чувствовала его взгляд.

Уверена, это был торжествующий, надменный и похотливый взгляд. Денис знал, что у меня не было выбора. Знал, что я не захочу упустить свой шанс. И как подвести меня к этому шагу… Денис подошёл и обнял меня сзади. Я вздрогнула, но не ушла. “Всё хорошо, – прошептал он. – Меня не нужно бояться. Всего один раз. Я буду очень нежен и осторожен. Я же у тебя первый?” Хах! Ага, как же! Первый! Ничего он не знает о жизни таких как я! Да, отношений у меня не было никогда. Никто меня не любил, кроме мамы. Но её обдолбанные ухажёры… некоторым из них было мало того, что они получали. Когда мать уже в отключке, они приходили ко мне. И те, кто оказывался сильнее меня… Даже не хочу вспоминать этот кошмар. Самый первый раз, когда мне было десять, я с трудом пережила. Мне было больно и страшно. А мать просто не поверила. Только наорала на меня, что я себе нафантазировала всякое, типа завидую ей. Чему там завидовать?! Мать никогда меня не била, и пальцем не тронула. Но её вот этот эгоизм! Она никогда меня не защищала! Пусть теперь сама справляется! Не хочу! Больше не хочу! Не подпущу к себе никого! Я попыталась вырваться, но Денис только сильнее вцепился в меня.

– Потерпи немного, – жадно вдыхая и целуя мне шею, прошептал Денис.

– Отпусти, – закричала я, пытаясь отцепить его руки.

– Не дёргайся, а то я могу сделать тебе больно.

– Нет!

Я вцепилась в его руки, ногой с размаху ударила его, и мы рухнули на пол. Но Денис не отпустил меня, а навалился всей тяжестью сверху.

Он прижал меня лицом к полу и стал лапать меня за грудь, шумно выдыхая. Я чувствовала, как его стояк упирается мне в попу и зарыдала. Это отчаяние, беспомощность. Почему все они решили, будто могут брать меня силой? Почему считают, что имеют на это право?! Ненавижу этот мир! Ненавижу мать! Ненавижу этих мужиков! Всех ненавижу! Хочу, чтобы все они сдохли! Сгнили, исчезли с лица земли! Хочу… хочу… умереть… сжаться в комок и раствориться во тьме.