Грани одиночества

Наверное, он был даже внушительней, чем та иллюзия: большие пушистые конечности нервно подрагивали, мышцы человеческого торса были напряжены, а жесткое хищное лицо нахмурено, но при всем этом он гораздо больше походил на человека, чем картинка, показанная мне императором.

Может, причиной моего восприятия послужил рассказ Томана или то, что открыты были только два черных глаза, увеличивая человечность лица. Длинные черные волосы арахнида были распущены и даже на вид казались очень мягкими.

– Ты не будешь кричать? Не переношу женских воплей, – красивым бархатным баритоном спросил мужчина.

– Нет, – односложно ответила я, не желая злить огромного полупаука.

– Томан, кого вы опять ко мне привели? У меня нет ни времени, ни желания общаться с людьми. Мне просто нужна аллаида, пока не стало слишком поздно. Вы уже более пятидесяти лет оттягиваете неизбежное. Я и сам не в восторге от кандидатуры герцогини Мирасс, о распущенности которой известно даже под землей, но я не могу рисковать.

У нас будет только одна попытка. Мне уже почти триста лет, я стар даже по меркам арахнидов. Последний из моего гнезда появился на свет пятьдесят три года назад. Мне давно пора подарить жизнь новому, – устало, как нерадивому школьнику, пояснял Сэпий.

– Я все понимаю, господин Арахни, но Дилейна категорически отказывается от выполнения клятвы. Эта девушка была найдена императором в другом мире благодаря призыву Истинной, ее возможности значительно превосходят силы госпожи Мирасс, к тому же она чиста.

Император выражает свою надежду, что она подойдет вам даже лучше, чем герцогиня, – сбивчиво говорил советник, потея от волнения.

– Именно поэтому его величество поставил печать отторжения на лицо своей Истинной и готов отдать ее мне? – лукаво спросил арахнид. – Ладно, я посмотрю на нее, но только при условии, что не будет женских истерик. За эти годы они мне сильно надоели.

Сэпий замер, вопросительно смотря на меня. Я немного волновалась, но уже панического страха не испытывала.

Мужчина, стоящий передо мной, воспринимался как инопланетянин, наверное, но не как страшное насекомое, которое хочется прибить тапочкой. Я кивнула ему и приблизилась на расстояние вытянутой руки.

– Смелая, – одобрительно кивнул Томану арахнид и открыл остальные три пары глаз. – И красивая, яркая, как звезда. Почему он отдает мне такое сокровище? – с подозрением решил уточнить Сэпий, закрывая лишние с точки зрения человека очи.