Дело табак

– Мистер Джимини, – сказал Ваймс, – я угощаю всех джентльменов выпивкой, слышите?

Новопришедшие встретили эти слова одобрительными возгласами, но кузнец хлопнул ладонью, похожей на лопату, по стойке, так что стаканы подпрыгнули.

– Я не намерен пить с теми, кто жмет сок из бедняков!

Ваймс выдержал его взгляд и ответил:

– Извини, соковыжималку я сегодня с собой не захватил.

Это было глупо, потому что негромкое хихиканье заинтересованных посетителей бара раздуло пламя, которое кузнец по небрежению забыл затушить, и громила немедля вспыхнул.

– Кто ты такой, чтоб считать себя лучше, чем я?

Ваймс пожал плечами.

– Сомневаюсь, что я лучше, чем ты.

Он подумал: «Ты, первый парень на деревне, смотришь на меня и думаешь, что ты крут, потому что ты сильный и никто не подкрадется сзади и не даст тебе по шарам. Боги мои, да ты даже не умеешь правильно стоять. Капрал Шноббс и тот свалил бы тебя с ног и приложил пинком по шарам, прежде чем ты бы понял, что случилось».

Как всякий человек, который боится, что сейчас разобьется что-нибудь ценное, Джимини поспешно выскочил из-за стойки и схватил кузнеца за руку, воскликнув:

– Перестань, Джетро, давай без неприятностей. Его светлость просто зашел выпить, как всякий другой, он имеет право…

И это сработало, хотя лицо Джетро так и дышало агрессией. Ею был густо насыщен сам воздух вокруг. Судя по лицам присутствующих, к подобным демонстрациям силы они привыкли. Плох тот стражник, который не умеет читать толпу в пабе, а Ваймс мог даже написать историю с примечаниями.

В каждой компании есть свой подстрекатель, свой безумец, свой политик-самоучка. Обычно их терпят, потому что они добавляют огоньку; соседи говорят: «Ну, он всегда такой», и облака расходятся, а жизнь продолжается. Но Джетро, сидевший в дальнем углу бара над кружкой, как лев над убитой газелью… Джетро, как подсказывал Ваймсу опыт, был готов вот-вот взорваться. Разумеется, миру иногда нужны взрывы, но лучше бы они случались не там, где пил Ваймс.

Он чувствовал, что паб наполняется, преимущественно трудовыми пчелами, но также и людьми, которые ожидали, что к ним будут обращаться «сэр». Они носили цветные шапочки и белые брюки и непрерывно говорили. Снаружи тоже кипела жизнь – там теснились лошади и повозки. Где-то стучал молоток, и жена Джимини теперь стояла за стойкой, пока ее муж бегал туда-сюда с подносом.