Шляпа, полная неба

Не совсем так.

– Значит, у неё четыре руки?

Тиффани чувствовала, что мисс Тик пытается увильнуть от ответа.

Ведьма вздохнула. Ужасно трудно иметь дело с человеком, который всё замечает. Это совершенно сбивает с толку.

– Когда вы встретитесь, ты сама все поймёшь. Я не могу объяснить – что бы я ни сказала, это тебя только запутает. Уверена, вы с тётушкой поладите. Она умеет находить общий язык с людьми, а в свободное время занимается ведьмовскими изысканиями. И ещё она держит пчёл. И коз – их молоко, я уверена, очень полезно, ведь оно содержит гомогенизированные жиры.

– А что такое «ведьмовские изыскания»? – спросила Тиффани.

– О, это очень древнее ремесло. Она составляет новые чары, пытаясь понять, как люди когда-то додумались до старых. Знаешь все эти рецепты, где предлагают взять «летучей мышки ушки и пальцы от лягушки»? Ни у кого из нас ни разу ничего такого не получилось. Но госпожа Вровень считает, это только потому, что мы не знаем, какой вид лягушек брать и какие пальцы…

– Простите, я не стану помогать резать невинных летучих мышей и лягушек, – решительно сказала Тиффани.

– Что ты, тётушка Вровень никогда никого не убивает! – поспешно заверила её мисс Тик. – Она использует тела животных, которые умерли своей смертью: погибли под колёсами повозок или покончили с собой. У лягушек, знаешь ли, бывают тяжёлые приступы депрессии…

Телега катилась себе по пыльной белой дороге, пока не скрылась из глаз.

И ничего не произошло. Жаворонки заливались в небе, летая так высоко, что их невозможно было разглядеть, ветер разносил по лугам семена трав, овцы блеяли на пастбищах Меловых холмов…

А потом что-то прокатилось следом за телегой.

Оно было как маленький смерч – о том, что оно вообще здесь, говорило только облачко пыли над дорогой. Оно пролетело мимо, гудя, как туча мух.

И тоже скрылось за холмом.

Спустя какое-то время в траве раздался голосок:

– Раскудрыть его! Оно ж за ней прёт, зубдамс!

Другой голос сказал:

– Но стара-то карга ж его усечёт, агась?

– Чегой? Учителка? Да кака с неё карга-то!

– У ней чепунец колом, Грамазд Йан, – возразил второй голос с лёгким упрёком.

 – Ты на цветики-то её не смотри, я сам зырил: она шнурик дёрг – и чепунец как встопырится!

– Ах-ха, Хэмиш, твоя правда, как шкрябить и читить она будьте-нате, но чегой в книхах нет, об том она ни бум-бум. И ты как хошь, а я при ней носу не кажу. Она така, что сразу про тя шкряб-шкряб. А ну, быро – надо кельду сыскнуть.