Шляпа, полная неба

Никто из Фиглей не засмеялся. Они привыкли, чтобы шутки были малость, ну, посмешнее, что ли.

Явор Заядло с серьёзными видом разглядывал свои весьма неровные каракули.

– Но эт’ ж моё имя нашкрябано, а?

– Безусловно, господин Заядло, – подтвердил Жаб.

– И ничего дурственного с того не стряслонулось, – констатировал Фигль. Он присмотрелся к буквам пристальнее. – А почём ты бум-бум, что оно справду моё?

– А вот за этим и надобно уметь читить, – вмешалась Джинни.

– Это когда буковы обращаются в голосы в балде? – уточнил Явор Заядло.

– В идеале – да, – сказал Жаб. – Но мы решили, вам проще будет начать с более физической стороны процесса…

– А мож, я тогось, токо шкрябить буду, а читит пусть кто-нить ишшо, а? – без особой надежды предложил Явор Заядло.

– Вот уж нае, мой муж должон и то, и другое уметь, – заявила Джинни, вновь сложив руки на груди.

Когда жёны пикстов складывают руки на груди, остаётся только смириться с судьбой.

– О бедный я, все спротив мя – и женсчина, и жаба, – покачал головой Явор.

Но когда он снова уставился на плоды своих трудов, в его глазах промелькнула легчайшая тень законной гордости. – Но эт’ всё ж моё имя, так? – спросил он.

Джинни кивнула.

– Моё само взаправдашне шкрябано имя, и никаких вам «хватануть живым или мёртвым» или чего ишшо тако. Моё имя, мной нашкрябано.

– Да, Явор, – сказала Джинни.

– Моённое имище, как есть. И никакая чучундра с ним ничё тако не сотварнёт. Ничё ведь моёму имищу не грозится?

Джинни взглянула на Жаба, но тот лишь пожал плечами.

Дело было в том, что мозги среди Фиглей распределяются неравномерно – большая часть достаётся женщинам.

– Эт’ вам не хухры-мухры, это вам имище настоящее, шкрябано так, что никто ему нипочём, – не унимался Явор Заядло. – Эт’ магия-чудия, вот что, эт’…

– Ты букову «я» нашкрябил нетудыть и запропустил «а» и «о» в «Заядло», – перебила Джинни, поскольку всякая порядочная жена должна заботиться о том, чтобы муж не лопнул от гордости.

– О женсчина, я ни бум-бум, кудыть тот жиренный верзун прёт, – отмахнулся Явор Заядло. – С этими жиряками никогды наперёд не сказанёшь, кудыть их понесёт. Это каждый истовый шкрябильщик кумексает. Вон, зырь: то он топ-топ сюдыть, то – тудыть… – Он с гордостью воззрился на свою писанину:

R В О Р З Я Д Л

– А с этим «а-о» ты вообсче ни бум-бум, – заявил он. – Всё правно нашкрябано: «зэ», «я», «дэ» и «ло»: Заядло.