Последний континент

– Я? О-о, даже не знаю… – Профессор современного руносложения обвел затравленным взглядом коллег. Те ободряюще ему кивали. – Пожалуй, воспользуюсь случаем и почитаю.

– Правильно, – одобрил Чудакулли. – Потому что мы здесь – и пусть все зарубят себе это на носу! – мы здесь не для того, чтобы прохлаждаться! И не для того, чтобы получать удовольствие! Это ясно?

– А как же главный философ? – ядовито уточнил декан.

– Я? Получать удовольствие от этого? О каком удовольствии может идти речь, когда там можно повстречать что угодно, вплоть до креветок! – жалобно воскликнул главный философ.

Чудакулли помедлил, останавливая взгляд по очереди то на одном волшебнике, то на другом. Те в ответ лишь пожимали плечами.

– Послушай, дружище, – наконец нарушил молчание Чудакулли. – Я тщательно обдумал твой рассказ про моллюсков и, кажется, представил себе, что произошло между твоей бабкой и ананасом…

– …С ананасом это была тетушка…

– …Между твоей теткой и ананасом, однако… Что смертоносного в обычных креветках?

– Ха! Сам узнаешь, когда тебе на голову упадет целый ящик этих адских тварей, – фыркнул главный философ.

 – Мой дядюшка насмерть разочаровался в креветках.

– Отлично, отлично, убедил. Возьмите на заметку, все! Избегайте ящиков с креветками! Это понятно? И мы туда не прохлаждаться идем! Все меня понимают?

– Разумеется, – хором отозвались волшебники.

Они все его понимали.

Завершив кошмар паническим воплем, Ринсвинд проснулся.

И увидел человека, который за ним наблюдал.

Скрестив ноги, человек сидел на фоне розовеющего утреннего неба. Он был черный. Не коричневый, ни иссиня-черный, но черный, как космос. Эта пустыня превращала людей в головешки.

Ринсвинд тоже сел и потянулся было за палкой. Но передумал. Рядом с черным человеком в землю были воткнуты два копья, а местные обладатели копий обычно умели ими пользоваться – потому что, если не научишься точно попадать в быстро движущиеся цели, придется есть то, что движется медленно. Кроме того, в руках человек держал бумеранг, с виду весьма угрожающий, совсем не похожий на те милые игрушки, которые швыряешь в воздух и которые потом неторопливо прилетают обратно.

Нет, этот бумеранг был большим, тяжелым, плавно изогнутым – такие обратно не прилетают, потому что застревают в чьей-то грудной клетке. И казалось бы, ну что за оружие может быть из дерева? Смех да и только. Но стоило увидеть растущие здесь деревья, как желание смеяться мигом пропадало.