Хрустальные Маски

— Спасибо, Итан.

— Ни пуха, ни пера!

***

Дом Уолласов на Семьдесят второй улице у перекрёстка с Вест-Энд-авеню был выстроен в три этажа из красного кирпича. Лорелей даже не пришлось ехать на машине, потому как стоял дом в двухстах метрах от её дома или чуть дальше. Из конторы, прежде чем идти к родителям своего подзащитного, Лорелей зашла домой освежиться и переодеть блузку к костюму.

В доме Уолласов открыла дверь женщина и глянула на неё почти неприязненно, Лорелей поняла, что сын не предупредил мать о приходе адвоката.

Только когда Лорелей представилась и объяснила, зачем пришла, женщина улыбнулась и впустила её.

Гостиная, в которую её провели, была обставлена без прикрас, в ней веяло стариной: ни единого намёка на экстравагантность, даже в расцветке обоев или каким-либо предметом. Казалось, что всё расставлено строго по местам, порядок почти маниакальный.

Хозяйка усадила Лорелей на бархатный диван кремового цвета, вдоль спинки которого выстроился ряд подушек в тон.

— Могу я предложить вам чаю, мисс Леманн? – спросила женщина, не присаживаясь, а стоя по стойке «смирно».

Лорелей присмотрелась к ней: чёрное платье чуть ниже колена, туфли-лодочки на среднем каблуке и собранные на затылке прямые каштановые волосы. Ни капли макияжа, хотя женщина как будто собиралась выходить из дома. И спешит к тому же! Это подтверждали торопливые движения женщины.

— Нет, спасибо, госпожа Уоллас.

Лорелей услышала, как щёлкнул замок на входной двери, и шаги. Вскоре в дверях гостиной появился рослый худосочный юноша.

С виду ему было лет тридцать, он походил на госпожу Уоллас, поэтому Лорелей догадалась, что это Майкл. Никто не сказал бы что это брат Петера, тот, должно быть, походил на отца.

Юноша повернулся к Лорелей.

— Здравствуйте, госпожа Леманн. Надеюсь, вы недолго меня ждали, – он пожал руку.

— Майкл, ты специально ничего мне не сказал? – вмешалась мать. – Что скрываешь?

Юноша поднял глаза к небу:

— Я был занят и забыл предупредить. Прекрати воображать заговоры каждый раз.

Мать испепелила его взглядом.

— Я не думал, что тебе прямо сейчас надо идти, – стал оправдываться он.

Госпожа Уоллас, кажется, не совсем ему поверила, но сын не смутился.

— Ну ладно! – хозяйка обернулась на Лорелей. – Приятно было познакомиться с адвокатом моего сына. Мне жаль, что не пришла на заседание суда, но на следующее приду обязательно. А теперь мне надо идти: у меня дела, как вы только что поняли, – сказала она и попрощалась.