Мои убийственные каникулы

 – Разве ты сама не заслуживаешь хорошего отпуска? После целого года преподавания по Зуму соплякам, тайком режущимся в «Майнкрафт»! И еще года стремительного освоения с новым классом материала сразу двух лет! Кругосветное путешествие – вот что тебе за это на самом деле причитается.

Он прав, я заслужила этот отдых и намерена оттянуться по полной, но еще больше мне по душе помочь Джуду начать радоваться жизни. Как-никак он мой младший братишка, и мне положено о нем заботиться. Так у нас повелось с самого детства.

– Забыла спросить: когда ты последний раз получал вести от мамы с папой? – Обычно, задав этот вопрос, я перестаю дышать. – Когда я в прошлый раз с ними говорила, они были в Боливии.

– Думаю, они все еще там. В стране назревают бунты, и они на всякий случай эвакуируют тамошний Национальный музей.

Вечно у наших родителей какие-то невообразимые занятия! Официально они – археологи, но это звучит скучно, а им живется куда веселее: власти разных стран подряжают их для защиты и сохранения шедевров искусства в периоды внутренних беспорядков, грозящих гибелью бесценным сокровищам.

На Днях профориентации, куда непременно приглашают наших родителей, в первом ряду неизменно звучит детский голос: «Вы прямо как Индиана Джонс!» Родители всегда к этому готовы. «Змеи! – дружно восклицают они. – Никуда от них не деться!» Сказываются годы тренировок.

Они – замечательные люди. Штука в том, что я плохо с ними знакома.

Зато они одарили меня величайшим в моей жизни сокровищем.

Сейчас оно – то есть он – разлеглось, не разуваясь, на ближнем диване. Такая у него привычка. Он всюду моментально начинает чувствовать себя как дома.

– Самая большая комната – твоя. – Брат зевает и запускает загорелую пятерню в свою растрепанную темно-русую шевелюру. На мою попытку спорить он молча отвечает решительным жестом – предложением держать рот на замке. – Это не обсуждается. Мне эти хоромы вообще не по карману. Буду довольствоваться комнатой поскромнее.

– Но после всего, что было с Бартоломью…

По его лицу пробегает тень.

– Я в порядке. Не надо так за меня переживать.

– Кто бы говорил… – Я качу свой чемодан в кухню. Серьезно, что это за запах? Можно подумать, что в кухне совсем недавно вовсю готовили, отсюда пропитавший все дух чеснока и специй. – Лучше бы ты вздремнул…

В следующую секунду я усмехаюсь: до моего слуха долетает его храп. С моего брата сталось бы уснуть на крыле набирающего скорость Боинга-747.