Ночь в его объятиях

Я вижу две губы, два глаза, две покрасневшие щеки… И тысячу веснушек.

Она еще сильнее покраснела.

– О, не беспокойтесь, мисс. Это ничего не значит. Потому что все мог бы исправить поцелуй.

Сюзанна не успела перевести дыхание, как он прижался губами к ее губам. И поцелуй этот был жарким и страстным – то был первый настоящий поцелуй за все ее двадцать пять лет. Поцелуй со слабым привкусом виски и еще… Ах, она ощущала еще какой-то аромат, совершенно необыкновенный и пьянящий.

– Теперь лучше, – пробормотал он.

Лучше? Или хуже? И вообще кто он такой?

Этот странный сильный человек по-прежнему держал ее в объятиях, и ей казалось, что она тонет во взгляде его зеленых глаз. А его поцелуй… ах, он подействовал на нее сильнее, чем взрыв пороха, и теперь она чувствовала себя… какой-то совсем другой.

Тут он наконец перекатился на бок и спросил:

– Откуда вы?

– Полагаю, этот вопрос должна задавать вам я. – Сюзанна приподнялась на локте. – Кто вы? Что вы здесь делаете?

– Ну… разве это не очевидно? Мы бомбим овец.

Боже! Ну конечно, она должна была догадаться. Ведь он просто помешанный. Один из бедняг, искалеченных войной. Потому что ни один здравомыслящий человек никогда так не смотрел на нее.

Сюзанна невольно вздохнула. Что ж, по крайней мере он приехал в нужное место. И приземлился на нужной женщине. Ибо она была весьма искусна в лечении ранений в голову. А этот огромный красивый мужчина… Он явно нуждался в ее помощи.

Сюзанна коснулась его лба.

– Не бойтесь, – сказала она спокойным, ровным голосом.

 – Все хорошо. С вами все будет в порядке. – Она погладила его по щеке. – Овцы вас не обидят.

Глава 2

– С вами все будет в порядке, – повторила она.

И Брэм поверил ей. Искренне поверил. В эту минуту он действительно чувствовал себя чертовски хорошо. Они очистили дорогу от овец, нога была более или менее, а привлекательная молодая мисс ласкает его. Так какого же дьявола он должен жаловаться?!

Конечно, мисс считала его форменным идиотом.

Ну что ж, пускай. Зато глаза у нее пронзительно-синие, как, скажем… ирисы. А пахла она, как весенний сад. Пахла не только цветами, но и травой, и соком мяты, и богатым плодородным духом земли. Ах, какое же прекрасное место он выбрал для приземления – такое теплое и мягкое, и как глупо, что под ним не было женщин так долго… Теперь даже не вспомнить, была ли когда-либо подобная этой…

О Боже! Он что, действительно поцеловал ее?!

Да, поцеловал.