Созвездие для Шелл

От волнения и концентрации на еде я мало что запоминаю, сформировав в голове лишь примерный портрет Шарлотты. Она много лет работает в той же компании, что и мой отец, а знакомство их именно там и произошло. Напрямую Шарлотта не упоминает, как давно они с папой общаются, но из ее рассказов я делаю вывод о нескольких годах.

Не знаю, сколько времени проходит за этими тихими разговорами. Шарлотта продолжает втягивать меня в беседу, при этом умудряясь не давить.

Саманта Кэррингтон врывается в наш дом, как самый настоящий ураган.

В главном холле слышится грохот, за которым следуют спешные извинения. Звонкий девичий голос оповещает:

– Мам! Артур! Я приехала!

– Заходи, солнце, – Шарлотта слегка повышает голос, чтобы дочь услышала ее.

Я в напряжении застываю, когда ураган по имени Саманта влетает наконец в обеденный зал. Роскошные темные волосы, будто бы только выпущенные из рук стилиста, вихрем распадаются на плечах девушки. Губы, подведенные бордовой матовой помадой, расплываются в широкой улыбке.

Такие же светлые глаза, как и у Шарлотты, все те же изгибы лица и фигуры. От нее буквально лучится жизненная энергия – она явно из того типа людей, которых можно назвать ходячими батарейками.

Мой отец приветствует Саманту первым. Она несколько раз кивает, а потом заключает поднявшуюся из-за стола Шарлотту в крепкие объятия. Втроем они кажутся настоящей семьей. Простой и такой привычной, насколько это возможно в богатом окружении.

Теплой и единой, несмотря на разную кровь. Пока я наблюдаю за ними, в груди колет что-то, похожее на тоску. В это мгновение слегка оборачиваюсь и бросаю беглый взгляд на Айдена. Я не удивляюсь, когда понимаю, что все это время он смотрел в мою сторону.

Наконец взгляд Саманты обращается ко мне. Я моментально деревенею, боясь лишний раз пошевелиться, и осторожно улыбаюсь.

– Привет! Я Сэм, но ты, наверное, и так знаешь. – Девушка занимает место рядом со мной и приступает к еде с явным аппетитом.

– Привет, – тихо отвечаю я.

– Как жизнь?

– Нормально…

Внезапно Сэм смеряет меня заговорщицким, настороженным взглядом. Я перестаю улыбаться и растерянно смотрю на нее, пока девушка смотрит на моего отца и Шарлотту. Будто бы сделав какой-то вывод, она вдруг поднимает две свои тарелки и кивает мне:

– Пойдем-ка в твою комнату. Давай-давай, бери с собой.