Двойник

 – Сильные повреждения левого полушария, а также обеих теменных долей большого мозга вследствие внутричерепного рикошета. Обширное внутричерепное кровоизлияние.

– Это единственная рана?

– Верно. Смерть наступила мгновенно.

Взгляд Балларда скользнул ниже, по груди убитой. Это обычная реакция мужчины при виде обнаженной женщины, но Риццоли все равно возмутилась. Живая или мертвая, Анна Джессоп имела право на уважение. Джейн испытала облегчение, когда доктор Бристол с обыденным видом застегнул мешок, возвращая усопшей право на покой.

Они вышли из морозильной камеры, и Эйб закрыл тяжелую стальную дверь.

– Вам известно, есть ли у нее родственники? – спросил он. – Мы должны кому-нибудь сообщить о ее смерти?

– У нее никого нет, – сказал Баллард.

– Вы так в этом уверены?

– У нее нет живых… – Он вдруг осекся и замер, уставившись в смотровое окно.

Риццоли обернулась, чтобы проследить за направлением его взгляда, и сразу же поняла, что привлекло его внимание. В секционный зал зашла доктор Маура Айлз с ворохом рентгеновских снимков.

Она подошла к экрану проектора, развесила снимки и включила свет. Разглядывая очертания раздробленных костей, она и не догадывалась, что за ней наблюдают. Три пары глаз смотрели на нее сквозь стекло.

– Кто это? – пробормотал Баллард.

– Это одна из наших патологоанатомов, – объяснил Бристол. – Доктор Маура Айлз.

– Сходство пугающее, верно? – заметила Риццоли.

Баллард медленно покачал головой:

– В первый момент я подумал…

– Мы все так подумали, когда впервые увидели жертву.

В соседнем помещении Маура складывала снимки в конверт. Она вышла из зала, так и не узнав, что все это время была объектом чьего-то внимания. «Как легко следить за другими, – подумала Риццоли. – У человека нет шестого чувства, которое подсказало бы, что за ним наблюдают. Мы не чувствуем взглядов преследователей на наших спинах; только уловив движение, мы понимаем, что там кто-то есть».

Риццоли обернулась к Балларду:

– Итак, вы увидели Анну Джессоп.

И подтвердили, что знали ее. А теперь скажите нам, кем она была на самом деле.

5

Чудо автомобильной техники. В таких восторженных тонах расписывали этот мощный автомобиль рекламные плакаты, так называл его Дуэйн, и вот сейчас Мэтти Первис пилотировала его по Уэст-Сентрал-стрит, смаргивая слезы. В ее голове стучало: «Ты должен быть там, Дуэйн. Пожалуйста, будь там». Беда в том, что она не знала, застанет ли его.