Хирург

У него вдруг возникло ощущение, будто он шарит внутри тушки индейки в поисках мешочка с потрохами. Он продвинул руку глубже, и его пальцы стали ощупывать стенки полости. Это было грубое вторжение в самую интимную часть женского тела. Он старался не смотреть на лицо Елены Ортис. Только так он мог сохранять бесстрастность, сосредоточившись исключительно на техническом аспекте надругательства над ее телом.

– Матка отсутствует. – Мур взглянул на Тирни.

Судмедэксперт кивнул:

– Ее удалили.

Мур вытащил руку из полости и уставился на рану, зияющую, словно открытая пасть.

Теперь настала очередь Риццоли, и ее короткие пальцы принялись исследовать нутро жертвы.

– Больше ничего не тронули? – спросила она.

– Только матку, – сказал Тирни. – Мочевой пузырь и кишечник на месте.

– А что это за твердый узелок я нащупала слева? – спросила она.

– Это шовная нить. Он перевязал ею кровеносные сосуды.

Риццоли опешила:

– Так это хирургический узел?

– Простой кетгут два-ноль, – предположил Мур и взглядом обратился к Тирни за подтверждением.

Тирни снова кивнул:

– Тот же самый, что мы обнаружили в теле Дианы Стерлинг.

– Кетгут два-ноль? – слабым голосом спросил Фрост. Он уже отошел от стола и теперь стоял в углу возле раковины, приготовившись блевать. – Это что, название какого-то бренда?

– Нет, это не бренд, – сказал Тирни. – Кетгут – это хирургическая нить, изготовленная из кишок коровы или овцы. Она используется для зашивания глубоких слоев соединительной ткани.

В теле нитки со временем рассасываются.

– Откуда у него мог взяться этот кетгут? – Риццоли взглянула на Мура. – Вы не проверяли источник, когда работали по делу Стерлинг?

– Установить конкретный источник практически невозможно, – ответил Мур. – Этот шовный материал производится десятками компаний, по большей части в Азии. Он до сих пор используется во многих зарубежных клиниках.

– Только в зарубежных?

В разговор вмешался Тирни:

– Сегодня существуют более совершенные материалы.

Кетгут уступает синтетическим нитям в прочности и долговечности. Я сомневаюсь, что кто-то из врачей в США использует его сегодня.

– А зачем нашему убийце вообще понадобилось накладывать швы?

– Чтобы кровотечение не портило картину. Ему нужно было видеть, что он делает. Наш неизвестный – исключительный аккуратист.

Риццоли вытащила руку из раны. На резиновой ладони алел крохотный сгусток крови.