Кто украл мое сердце

В ответ сэр Оливер снял шлем, обнажив лысину, и отвесил публике театральный поклон.

– Ты только посмотри на него, – шепнула Вероника. – Они все здесь как дети – машут клюшками, бьют по мячу. Неужели они никогда не вырастут?

Сэр Оливер нахлобучил на голову шлем и повернулся в другую сторону, высматривая жену. Заметив, что та прижалась к Джордану, он сурово насупился.

– Только не это! – вздохнула Вероника. – Он тебя видел! – Она сразу встала, замахала руками и лучезарно заулыбалась, как и подобает гордой жене.

Сев, пробормотала: – Он стал таким подозрительным!

Джордан изумленно воззрился на нее:

– Неужели он решил, будто между нами с тобой…

– Но ведь ты действительно мой старый приятель. Естественно, у него в голове всякие мысли.

Да, конечно, мысли у него есть, подумал Джордан. Любой мужчина, женатый на Веронике, обречен на то, чтобы до конца жизни терзаться сомнениями.

Вбросили мяч, и игра продолжилась. Глухо цокали копыта, клюшки били по мячу… Вероника теснее прижалась к Джордану:

– Ты принес их?

– Как ты и просила.

 – Джордан достал из внутреннего кармана пиджака связку писем.

Она тут же выхватила их:

– Признавайся, ты их прочел?

– Конечно нет!

– Какой ты джентльмен! – Вероника игриво ущипнула его за щеку. – Обещай, что никому ничего не скажешь!

– Ни одной живой душе. Но учти, Вероника, я выручаю тебя в самый-самый последний раз!

Отныне будь благоразумна. А еще лучше – почитай брачные обеты.

– Непременно, непременно! – пылко вскричала она, вскакивая с места.

– Куда ты? – окликнул ее Джордан.

– Спустить их в туалет, конечно! – Вероника весело помахала ему рукой на прощание. – Я позвоню тебе, Джорди! – Разворачиваясь в проходе, она нечаянно столкнулась с каким-то широкоплечим здоровяком и смерила его восхищенным взглядом.

Джордан с отвращением покачал головой и вернулся к игре. Игроки носились по полю на пони, стараясь перехватить нелепый резиновый мячик. Они летали туда и обратно, размахивая клюшками – плотный клубок потных мужчин и пони.

Джордан никогда особенно не увлекался поло. Он несколько раз выходил на поле, но в конце игры был весь в синяках. Он не доверял лошадям, а лошади не доверяли ему. В неизбежной битве за власть у животных оказывалось преимущество в несколько сот фунтов веса.

До конца матча оставалось еще четыре периода, но Джордан понял, что с него хватит. Он покинул трибуну и направился к палатке с закусками и напитками.