Клуб Мефисто

Когда же мы будем есть?

Джейн поглядела на ввалившегося на кухню старшего брата Фрэнки. Последний раз она виделась с ним год назад, когда он прилетал из Калифорнии домой на Рождество. С тех пор его плечи стали еще мощнее. С каждым годом Фрэнки, казалось, раздавался все больше – его мускулистые руки стали до того огромными, что свисали уже не прямо, а дугообразно, как у обезьяны. «Часами ворочал гири в тренажерном зале, – подумала Джейн, – и что это ему дало? Он стал мощнее, но явно не умнее». Она бросила благодарный взгляд на Габриэля, который откупоривал кьянти.

Высокий и стройный, не в пример Фрэнки, он напоминал статью скакуна, а не тяжеловеса. «Если у тебя варит голова, – подумала она, – зачем тебе огромные мускулы?»

– Обед через десять минут, – объявила Анжела.

– Значит, до третьей четверти не закончим, – буркнул Фрэнки.

– А почему бы вам, ребята, просто не выключить телевизор? – спросила Джейн. – Ведь это рождественский обед.

– Ну да, мы бы все уже давно поели, если б ты пришла вовремя.

– Фрэнки, – резко оборвала его Анжела, – твоя сестра вкалывала всю ночь напролет.

И сейчас вот помогает. Так что отвяжись от нее!

В кухне вдруг стало тихо – брат и сестра удивленно уставились на Анжелу. «Неужели мама вдруг перешла на мою сторону?»

– Ладно. Ну и Рождество у нас! – проворчал Фрэнки и вышел из кухни.

Анжела вывалила ньокки, с которых успела стечь вода, из дуршлага в сервировочную миску и полила дымящимся соусом с телятиной.

– Никакого внимания к тому, что делают женщины, – буркнула она.

Джейн усмехнулась:

– А ты только сейчас заметила?

– Неужто мы не заслуживаем ни капельки уважения? – Анжела взяла нож для резки зелени и принялась мельчить пучок петрушки с дробным стуком, точно пулемет. – Я сама виновата. Надо было с ним построже. Хотя на самом деле это все от вашего папаши. Он подавал пример. За всю жизнь не слышала от него ни слова благодарности…

Джейн посмотрела на Габриэля – он, улучив минуту, решил тактично выйти из кухни.

– М-м-м… мам! Папа что, трепал тебе нервы?

Анжела, с зависшим над искромсанной петрушкой ножом в руке, глянула через плечо на Джейн.

– Не нужно тебе этого знать.

– Нужно.

– Не желаю обсуждать эту тему, Джени. Да ни за что. По-моему, любой отец заслуживает уважения своих детей, что бы он там ни вытворял.

– Значит, он все же что-то там вытворял.

– Еще раз говорю, я не желаю обсуждать эту тему. – Анжела сгребла нашинкованную петрушку в кучку и высыпала в миску с ньокки.