Химера

Врачи не знают, в чем причина.

– Антибиотики должны помочь.

– А потом? Мы устраним инфекцию, и что потом? – Маргарет глубоко вздохнула. – Ей бы все это не понравилось. Все эти трубки. Иголки. Она бы захотела уйти.

– Еще не время сдаваться. Ее энцефалограмма показывает активность. Мозг не умер.

– Тогда почему она не приходит в себя?

– Она молода. Она должна жить.

– Но это не жизнь. – Маргарет посмотрела на руку дочери. Опухшую и посиневшую от игл капельниц. – Когда умирал отец Дебби, она сказала мне, что ни за что не хотела бы закончить жизнь вот так.

Чтобы ее кормили через трубки. Я все время вспоминаю ее слова… – Маргарет снова посмотрела на Джека. – Что бы вы сделали? Если бы это была ваша жена?

– Я бы даже мысли не допустил о том, чтобы сдаться.

– Даже если бы она сказала вам, что не хочет заканчивать свою жизнь так?

Джек на мгновение задумался. Затем убежденно произнес:

– В конечном счете это было бы мое решение. Я не стал бы слушать ни ее, ни кого-либо другого. Я бы стал бороться за любимого человека.

В любом случае. Даже если шанс на спасение невелик.

Его слова не утешили Маргарет. У него не было права подвергать сомнению ее убеждения, ее интуицию, но она спросила его мнение, и Джек ответил сердцем, а не разумом.

Чувствуя себя виноватым, он потрепал Маргарет по плечу на прощание и вышел из палаты. Скорее всего, решение примет сама природа. Пациент в коме с соматической инфекцией уже стоит на пороге смерти.

Джек вышел из отделения интенсивной терапии и с мрачным видом шагнул в лифт.

Тягостное начало отпуска. Он решил, что, спустившись в приемную, первым делом зайдет в магазин за упаковкой пива. Ледяное пиво и полуденный выход в море под парусом – вот что ему сейчас нужно. Это отвлечет от мыслей о Дебби Ханинг.

– Интенсивная хирургия, экстренная ситуация! Интенсивная хирургия, экстренная ситуация!

Услышав сигнал больничной системы оповещения, Джек вскинул голову. «Дебби», – подумал он и бросился к лестнице.

В ее палату уже набились служащие больницы.

Он протиснулся к кровати и метнул взгляд на монитор. «Фибрилляция желудочков!» Ее сердце превратилось в трепещущий комок мышц, не способный перекачивать кровь и поддерживать работу мозга.

– Ампулу эпинефрина немедленно! – крикнула одна из медсестер.

– Отошли все! – приказал врач, приложив дефибриллятор к грудной клетке.

Джек видел, как тело Дебби тряхнул разряд, и заметил, что линия на мониторе, подскочив, снова резко метнулась вниз.