Невинные

Когда я увидел Мадлен сегодня в парке, я долго ею любовался, прежде чем подойти. Она бегала с огромным псом и смеялась. Собака приносила ей палку, которую Мадлен кидала в сторону. Она была такой счастливой. Волнистые волосы растрепались и падали ей на лицо. Я любовался ее телом и стройными ногами. Смотрел на ее грудь, скрытую под обтягивающей футболкой. В общем, откровенно пялился, пока Ханна не вырвала меня из моих эротических фантазий, дернув за куртку, и указала на Мадлен. Она ее узнала, и она ей нравилась.

Когда Мадлен уселась на траву и уткнулась в книгу, я все же решился подойти. Я так удивился, когда Мадлен начала извиняться за Зака. Этот пьяный идиот звонил вчера и наезжал, потому что я увез Мадлен. Ей было неловко от этой ситуации, а я от нее ловил кайф, потому что все это было связано именно с ней.

Мне нравится, что Зак ревнует ее ко мне, я его не боюсь. Давно пора сбить спесь с нашего капитана. А как она смеялась сегодня. У меня такое ощущение, что мы всегда общались. Я надеюсь, она, наконец, поняла, что я не засранец.

По крайней мере, стараюсь им не быть. Общаться с Мадлен так легко, как дышать. Никогда не сомневался в этом и так долго к этому стремился. Трудно только не смотреть на нее постоянно. Очень трудно. Я заметил сегодня, как Мадлен на долгое время задержала задумчивый взгляд на Ханне.

Ханна прихрамывает на правую ногу. Но никто этого особо не замечает. Мадлен заметила, и в ее глазах проскользнуло немного сожаления. Она не таращилась на нее с любопытством и не стала задавать вопросы.

Вот уже два дня, как я открываю книгу под названием «Мадлен Ланкастер», и мне хочется читать и читать. Читать запоем, не прерываясь. Теперь мне очень даже не хочется уезжать из Салема на выходные. Но мама настаивает отвезти Ханну в Орландо, в Диснейленд. Я могу не ехать, но как только представляю, что Ханны не будет рядом целых четыре дня, я прихожу в ужас.

Год я не отхожу от сестры. Год наша семья тщательно скрывает ото всех случившееся с Ханной.

Целый год я стараюсь казаться таким же, как прежде – беспечным подростком, усердно посещая вечеринки, на которых думаю лишь о том, что делает сестра. Все ли с ней в порядке. Я не допускаю никого обрабатывать ее шрамы, кроме доктора Батлера. И только я вожу ее в клинику каждые две недели.

Это право я вырвал зубами. Кричал, плакал, но добился своего. Мама сопровождает нас лишь по возможности, когда не занята подготовкой бала или банкета. Отец занят всегда.