Поцелуй шелки

Но все же что-то в нем изменилось.

– Мартин, я…

Мои мысли путаются, пока я перебираю слова, чтобы сказать то, что нужно.

Он слегка сдвигается с места и убирает одну руку из-за спины. Он тянется ко мне, и я напрягаюсь, ожидая прикосновения к щеке. Но вместо этого Мартин держит между нами зажатый кулак. Я хмурюсь, наблюдая, как он разжимает пальцы, чтобы показать предмет, лежащий на его ладони – серебряный, сверкающий, инкрустированный перламутром.

Мой гребень в форме раковины.

Тот, что я потеряла, когда спасала брата Дориана.

Я порываюсь забрать гребень у Мартина, но останавливаю себя. Мой взгляд обращается к его лицу.

– Где ты его нашел?

Вот тогда я понимаю, что именно не так. Глаза Мартина не бледно-голубые, как я привыкла, а серые. К тому же они намного больше, чем должны быть. Черты его лица, где-то слишком округлые, а где-то слишком острые, слегка перекошены. Его светлые волосы кажутся слишком темными. Я, вероятно, не заметила бы этого, если бы не те ночи, проведенные в столь тесном контакте с ним, в этой самой комнате, при точно таком же освещении.

Мой взгляд перемещается к его плечам, на которые, как я сначала предположила, накинута какая-то шаль, но теперь…

Это вовсе не шаль, а моя тюленья шкура. От этого зрелища у меня сводит живот.

Я отступаю на шаг.

– Кто ты такой…

Не-Мартин улыбается так непривычно, что у меня к горлу подступает желчь.

– Лови, – говорит он глубоким, но не совсем мужским голосом и подбрасывает мой гребень в воздух.

Я рефлекторно стараюсь его поймать, и в этот момент Мартин хватает меня за предплечье. Он вытаскивает вторую руку из-за спины, обнажая маленькую серебряную шестиугольную пудреницу. Щелчком большого пальца он открывает ее, заливая мою комнату ярким светом.

Я пытаюсь вырваться, но чувствую, как в мою кожу впиваются когти. Свет от пудреницы становится ослепительно ярким, так что я вынуждена зажмуриться. Мое сердце колотится о ребра, когда странное жужжание начинает гудеть вокруг меня, надо мной, внутри меня.

На мгновение я боюсь, что это разорвет мое тело надвое.

Затем все прекращается.

Свечение тускнеет.

Я моргаю несколько раз, пока мои глаза привыкают к темноте. Первое, что я вижу, – на месте Мартина стоит женщина-фейри с переливающейся серебристо-коричневой полосатой чешуей, длинными черными когтями и коротко остриженными каштановыми волосами. Она на несколько дюймов выше меня, но выглядит где-то на год моложе.