Плюш

Он старше моих ровесников, но не настолько, чтобы слишком от них отличаться в те моменты, когда дело касается пошлых шуток. Конечно, у меня нет богатого опыта, чтобы рассуждать о подобном, но я очень наблюдательна. В большинстве случаев парни ведут себя слишком очевидно.

– Заткнись, Реджи, – огрызается Лиам. – Хорошо, договорились. Но ты мне должен, сукин сын.

Засунув телефон обратно в карман, он возвращается ко мне.

– Я услышала нецензурную лексику.

Он улыбается и закрывает на мне мой распахнутый кардиган.

– Поверь мне, парни слышат от меня и не такое, когда ползают на льду, как улитки.

Я смеюсь, слегка откинув голову.

– Тебе нужно ехать, да?

Он неохотно кивает.

– Моему другу нужна помощь.

– Что-то серьезное? – Я спрыгиваю с капота, и теперь мне приходится задирать голову, чтобы видеть лицо Лиама.

– Я бы так не сказал, – уклончиво отвечает он.

– Ладно. – Стараясь не показывать своего разочарования, я плетусь к машине.

Когда мы уже выезжаем на дорогу, я размышляю вслух:

– Реджи.

Реджи-Рукав?

На лице Лиама сначала появляется удивление, затем он кивает головой.

– Да точно. Так ты знаешь его?

– Немного. Мой папа с ним знаком.

– У твоего отца есть татуировки? – интересуется Лиам.

Я разворачиваюсь полубоком.

– Какой ты предвзятый. Разве больше нет причин общаться с тату-мастером?

Лиам громко смеется, игриво дернув меня за прядь волос.

– Скажи честно.

– Ладно, – сдаюсь я. – Реджи сделал папе татуировку на пальце правой руки.

И это всего лишь крошечная точка, потому что папа до смерти боится игл.

Лиам едва сдерживает смех.

– Тогда зачем он пошел в тату-салон?

– Уже не помню, но он что-то проспорил маме.

Он откровенно смеется.

– Твои родители веселые.

– Не то слово, – я притворно закатываю глаза.

Мы больше не говорим, так как он останавливает машину в переулке перед моей улицей. Мне не хочется уходить. Если признаться самой себе, когда я думала о нем, то даже представить не могла, что мы будем так непринужденно болтать и даже спорить.

Мне он казался слишком серьезным. Но все оказалось так легко и непринужденно. Так и должно быть. Вот только все это мне нужно скрывать.

– У нас две выездные игры, – говорит Лиам, постукивая пальцами по рулю. – Буду занят, но к концу недели сможем что-нибудь придумать.

Да, боже, в любое время.

Наклонившись, он проводит пальцем по моим губам, затем целует.

– Я буду скучать.