Просто люби меня

Все дело в том, что я не играю. Я чувствую себя так, словно родилась заново. И я это я. Удивительное чувство, на самом деле. Надеюсь, это не пройдет.

– Нет, – отвечает Хелен. – Но ты можешь помочь Ною с уроками. Он наверху.

– Хорошо. – Я встаю с дивана и неохотно плетусь в бывшую комнату Ноэля, которую сейчас занимает Ной.

Видимо у меня такая судьба, всем помогать с учебой.

Ною почти пять, и он выглядит немного старше своих лет. Это можно судить по его упрямому взгляду и острому подбородку.

Но эти пухлые щечки никого не обманут. Он так злится, когда я треплю его за щеки. Даже Ной повзрослел, а я не заметила. С ним мне нужно быть предельно осторожной. Проблема в том, как бы это осторожно замаскировать, чтобы он не заметил. Еще один совет доктора Бордмана.

– Не может быть, – сложив руки на груди, тихо говорю я, открыв дверь в комнату.

Там, за компьютерным столом сидит Ной, точнее он лежит на этом столе. И судя по тому, что он даже не шелохнулся, когда я открыла дверь, крепко спит.

Покачав головой, я вхожу и с порога спотыкаюсь об рюкзак. Он точно такой же, как и старший брат. Убрав рюкзак, тянусь за спортивной сумкой и вешаю ее на крючок. Затем осматриваюсь, словно не была в этой комнате много лет. Сейчас я смотрю на нее немного иными глазами. В общем-то, здесь все, как и прежде. Висят постеры с Сидни Кросби и Марио Лемье, которые повесил еще Ноэль. Большая удобная тахта у стены, рядом встроенный шкаф, а у окна стол с компьютером и учебниками.

Я присаживаюсь на корточки рядом со столом прямо на уровне лица Ноя. Из меня вырывается смешок, глядя на его сплюснутое лицо.

– Я думала, что в начальной школе не задают уроков.

Ной моментально открывает глаза и моргает, увидев меня.

– Это какое-то дурацкое задание, – сонно бормочет он и указывает на груду цветной бумаги, разложенной перед собой. – Поможешь мне ровно приклеить все это на трафарет?

– Конечно. – Я беру стул рядом с тахтой, убираю с него одежду и ставлю рядом со столом.

Несколько минут мы заняты заданием, но затем Ной вздыхает, откинув голову.

– Дурацкое и детское задание, – заявляет он.

Я смеюсь, закрывая клей крышкой.

– Почему ты засыпаешь на ходу?

– Устал. – Ной чешет макушку. – Мы с Энтони остались еще после нашей тренировки.

При имени Энтони мое дыхание слегка сбивается. Так происходит всегда. Но сейчас это уже что-то другое. Не то, что я чувствовал еще в прошлом году.