Девственность на продажу

Разве что не все делают это за деньги, но ведь не все могут себе позволить заниматься сексом только по любви.

Кажется, меня о чем-то попросили. О чём? Ах да, я должна повернуться, чтобы продемонстрировать свою упругую попку. Разумеется, ведь товар нужно рассматривать со всех сторон. Так положено. Так принято.

Поворачиваюсь и меня снова едва не накрывает озноб. Господи, скорее бы они уже начали свои торги. А ещё лучше, поскорее бы они уже их закончили, ведь в той комнате, где я потом окажусь с покупателем, будет куда теплее.

Гораздо теплее, чем здесь.

Наконец-то прозвучала стартовая цена. Вот оно, понеслась.

С разных концов зала слышались наценки. Сумма становилась всё крупнее и крупнее. И круглее. Но это не все деньги, которые мне нужны. За вычетом комиссии этого мне не хватит. Пусть они ещё начисляют. Я готова терпеть этот жуткий холод, лишь бы они добрались до нужной мне суммы.

Я прекрасно понимаю, что полтора миллиона это многовато за такую невзрачную девчонку, а с комиссией и все два, но всё же… пусть они не останавливаются.

Пусть продолжают перебивать цену. Пожалуйста, пусть продолжают.

Тем временем я начинаю замечать, что чаще всего звучит один голос, который настойчиво продолжает перебивать сумму, причём в двойном размере. Неужели у меня завёлся поклонник? Хоть и временный.

Хочу поднять взгляд, но не могу. Кажется, будто голова то ли замёрзла, то ли потяжелела. А может это просто от волнения мои мышцы не хотят слушаться.

Впрочем, это всё равно мне ничего не даст. Всё равно я увижу всего лишь маску.

Отсюда я не смогу поймать его взгляд. Не смогу увидеть, насколько сильно этот человек, этот мужчина хочет получить свою добычу. Я бы даже не смогла распознать даже примерный его возраст, если, конечно, он не древний седой старик с морщинами и обвисшей кожей. А что, миллионером можно быть в любом возрасте.

Как бы то ни было, я всё ещё не могла пошевелиться, а он всё продолжал бороться за меня. За меня? Неужели есть во мне что-то, за что стоит бороться? Это даже приятно и на какое-то время даже потеплело на душе, но я тут же вспомнила зачем я здесь и вернулась на землю.

Я товар. Я всего лишь товар. Моя девственность выставлена на продажу и как только я её отдам, сразу же вернусь обратно, к нормальной жизни. Может быть даже найду себе парня. Найду и забуду о сегодняшнем дне навсегда.

– Два миллиона двести тысяч раз, – наконец раздалась фраза, куда более уверенным тоном, чем все предыдущие. – Два миллиона двести тысяч – два.