Прекрасные порочные ангелы

 – Вэл встает прямо передо мной, и мы останавливаемся. – Ты что из тех семей, где заставляют своих детей быть первыми во всем? Внушая им с детства, что они особенные.

Последнее я бы подправила. Но в целом, так и есть. Пожав плечами, я решаюсь:

– Все школьные годы и все время, что я себя помню, я всегда была чем-то занята. В четыре года меня возили на балет, с десяти меня учили фехтованию и верховой езде, а дальше – музыка, рисование и так далее.

– Ничего себе. – Вэл снова встает рядом, и мы возобновили прогулку.

 – Сколько языков ты знаешь?

– В совершенстве три. И несколько так, – я покрутила пальцами. – Только фразы.

– И ты собираешься стать психологом, – не спрашивая, уточняет Вэл.

– Посмотрим.

– Ты единственный ребенок в семье?

– Это очевидно, – улыбаюсь я. – Еще и поздний.

– Черт, твои предки должно быть рехнулись, раз позволили из Йеля перевестись не Гарвард или Принстон, а сюда. Столицу порока.

– Эй, полегче. – Стараясь разредить обстановку, я пихаю его локтем. Знал бы он правду.

– Столицу порока? Мы же не в Амстердаме.

– Согласен. – Он разводит руки. – Слегка перегнул. Кроун тоже престижный.

Минуту мы идем молча.

– Ну, так что на счет Клэя? – Очевидно, Вэла это серьезно волнует.

– Что на счет него?

– Не притворяйся.

– Ну пялился он на меня и что? – защищаюсь я. – Вчера он был со своей девушкой.

– Понятно, – ехидно говорит Вэл. – Если бы ее там не было, он бы окучивал тебя.

В его словах есть резон. До рома и травки, я была под еще большим кайфом от присутствия Иэна.

Он смотрел и даже дотронулся до меня. Он ушел за пивом, но так и не вернулся, потому что приехала его девушка. Как бы дальше он себя вел, если бы ее не было?

– Я не подстилка, – спокойно говорю я.

– Я этого не говорил, – тихо отвечает Вэл.

– Знаю. – Немного поразмыслив, я спрашиваю: – Он действительно такой козел, каким ты рисуешь его?

Вэл странно смотрит на меня, затем вздохнув, отвечает:

– Я не знаком с ним близко, я сужу лишь по фактам.

Да, он засранец и изменял Спенсер. Это знают все. Но также всем известно, как он любит ее. Они дружили целый год, прежде чем сойтись. Он может делать такие вещи, но только не мне судить об их отношениях. Никто не сомневается в том, что однажды они поженятся. Спенсер замечательная, я хорошо ее знаю. Ему есть за что ее любить, а значит, и ей есть за что любить его. Таковы мои выводы.

Слушая его, я все еще не могу определиться, восхищена ли я этим или задета.