Выхода нет

В комнате повисла тишина. Окно поскрипывало под натиском воющего ветра.

Дарби опустила глаза и притворилась, что снова рисует каракули своей синей ручкой, но поняла с противной дрожью – он смотрит через комнату на нее. Ларс, безподбородый похититель ребенка, в шапочке «Дедпул» и по-детски очарованный волшебными фокусами, смотрел ПРЯМО НА НЕЕ.

Эшли заколебался. Его дерьмовая машина сбросила газ.

– Я… э-э, ну…

– Ты знаешь, как разрезать девушку пополам? – спросил Ларс снова, нетерпеливо. Тем же тоном, с тем же выражением.

Его глаза по-прежнему сверлили Дарби, когда он говорил. – Ты знаешь. Ты кладешь ее в большой деревянный ящик, как в гроб, и потом ты… а, ты режешь ее пилой?

Эд уставился в пол. Сэнди опустила свою книгу.

И опять:

– Можешь ты разрезать девушку пополам?

Пальцы Дарби сжимались вокруг ее ручки. Ее колени подтянулись ближе к груди. Грызун стоял в десяти футах от нее. Дарби размышляла – если он полезет за «сорок пятым» под своей курткой, сможет ли она выхватить швейцарский армейский нож из кармана, открыть лезвие и пересечь комнату достаточно быстро, чтобы успеть воткнуть ему в горло?

Она расслабила правую руку на уголке стойки.

Недалеко от бедра.

Ларс повторил еще раз, громко:

– Можешь ты разрезать девушку?..

– Я могу, – ответил Эшли. – Но только ты возьмешь золотой приз, если она вдруг после этого выживет.

Молчание.

Здесь не было ничего особенно смешного, но Эд неестественно гыгыкнул.

Сэнди засмеялась тоже. Как и Эшли. Ларс наклонил голову – будто проталкивал сжатую шутку через заводной механизм в своем мозгу – и наконец протолкнул и засмеялся вместе с ними, и комната загремела от всеобщего смеха, звенящего в душном воздухе закупоренного пространства.

Смеха, от которого мигрень вернулась к Дарби, и ей захотелось крепко зажмурить глаза.

– Смотри, я взял серебро, – разъяснял Эшли. – Не золото…

Выдавая новое крещендо натянутого смеха и все еще широко скалясь, Ларс хлестал себя по куртке сбоку и тянулся к чему-то на бедре.

Дарби сжала нож в своем кармане, но Ларс просто поправил ремень.

«О Боже. Это было близко».

Он умеет двигаться быстро, все-таки. Дарби понимала, что если он по-настоящему полезет за пушкой, то сможет убить каждого в комнате. Ларс только представляется нескладным и вялым – до тех пор, пока не удивит вас, нанеся удар.

– Золотая медаль… – Ларс хихикал, дергая свой ремень на тощем заду, и показывал пальцем на Эшли. – Я, ах-ха, люблю его шутки. Он смешной.