У озера на рассвете

Здесь имелся добротный деревянный пирс длиной метров пять-шесть со ступенями, ведущими в воду. Среди деревьев виднелись стол и лавки, а чуть в стороне кострище, обложенное кирпичами.

Буров медленно, глубоко вдохнул, наслаждаясь ароматами трав, цветов и утренней свежести. Водная гладь была спокойна и напоминала зеркало, в котором отражались небо и растущие вокруг деревья. В камышах неподалеку от пирса жужжали стрекозы и изредка квакали лягушки.

Милое местечко.

Правда, Антон только сейчас понял, что не взял с собой плавки, да и нижнего белья на нем не было.

Он так и приехал сюда в клетчатых широких штанах и старой растянутой футболке, в которых спал, когда гостил у родителей.

– Все равно тут в такую рань никого. – С этими словами Антон скинул одежду и нырнул в озеро голышом.

Он доплыл до противоположного берега и уже проплыл полпути обратно, когда заметил на берегу женскую фигурку.

– Вот черт.

И как ему теперь объясняться с незнакомкой, не хватало еще, чтобы она приняла его за извращенца.

Однако, подплыв ближе к берегу, Антон понял: все еще хуже, чем казалось минутой ранее.

На пирсе стояла та самая девушка из супермаркета и в данный момент она как раз снимала топ. Уповать на то, что она его не заметила, не приходилось. Машина стояла прямо у тропинки, ведущей к озеру, да и мужскую одежду на траве, поверх которой лежали телефон и ключи, трудно было не увидеть. Подплыв еще ближе и нащупав ногами дно, Антон остановился.

– Доброе утро, Варвара.

– Доброе утро, Антон.

 – Девушка лучезарно улыбнулась и, расстегнув молнию на шортах, потянула их вниз. – Так и думала, что это вы.

– Почему? – Он честно старался не глазеть на нее, но это было выше его сил.

Буров жил у родителей всего неделю, но уже начал скучать по своим многочисленным подружкам. Мужчина старательно убеждал себя в том, что просто слишком привык к сексу на регулярной основе, хотя на самом деле, стоило ему остаться ночью одному, как в голову без конца лезли мысли о покойной жене.

Чувство вины вспыхивало с новой силой и отравляло его разум и тело, заставляя корчиться от душевной боли, которую было ничем не унять. Она терзала Антона тем сильней, чем дольше он пребывал в одиночестве.

– Ну местные на Гелендвагенах последней модели на озеро не ездят. Да и вообще, тут никто не ездит на Гелендвагенах. – Она аккуратно свернула шорты и положила их поверх топа, рядом с небольшим вязаным рюкзаком, а потом принялась собирать волосы в пучок.