У озера на рассвете

Девушка дернула плечом, сбрасывая его руку и сердито процедила:

– Забудем? А тетя Рая со своим мужем тоже забудут и перестанут мешать мое имя с дерьмом на каждом углу? Или, быть может, Нинкина дочь со своей малолетней подружкой-потаскушкой засунет наконец свой язык в жопу и перестанет пиздеть о случившемся всем и каждому, добавляя от себя тонну мерзких выдуманных подробностей?

Вместо того чтобы выразить сочувствие и раскаяние, Антон непроизвольно улыбнулся, слушая, как сдержанная Варя, на людях являющая собой образец святой невинности, матерится.

Его так и подмывало заткнуть этот грязный ротик поцелуем, затащить малышку в дом и хорошенько отшлепать, а потом трахать ее весь день напролет так, чтобы к следующему утру она на ногах стоять не могла.

– Я понятия не имею, кто все эти люди, – ответил он, чувствуя, как член напрягся под тканью боксеров.

Антон ощутил себя похотливым животным, понимая, сколь неуместны были его мысли при таком серьезном разговоре, но ничего не мог с собой поделать. Видимо, сказывалось длительное воздержание.

– Это те, кто стал свидетелями сцены, которую ты закатил. Тебе смешно, Буров?! – Она заметила его улыбку и истолковала ее по-своему. – Вконец стыд потерял?!

– Нет, Варя, мне вовсе не смешно. Я искренне тебе сочувствую. – Он говорил правду, но ее это явно не убедило.

– Запихни себе в жопу свое сочувствие. Оно не поможет мне очиститься от той грязи, которой меня теперь поливают все, кому не лень. Там поселок, Буров. Провинция. Где сплетни – это излюбленное развлечение всех и каждого.

Только представь, каково моим родителям слышать подобное? Леське тоже досталось от местных. Ее назвали дочерью проститутки. Да мне даже роман с собственным братом приплели! А все из-за тебя, идиот!

Девушка потерла лицо руками. Антону стало совсем совестно. Варя выглядела теперь подавленной и растерянной, а еще такой беззащитной. Бурову захотелось вырвать себе язык. Он и не задумывался о том, какие последствия для Вари и ее семьи могли иметь брошенные им в гневе слова.

– Варь, я знаю, ты не веришь мне, но мое раскаяние искреннее. – Антон аккуратно взял ее за подбородок и вынудил поднять голову. В серых бездонных глазах плескалась обида. – Ты права. Я идиот. Самый что ни на есть придурок. Я облажался и честно хочу все исправить.

– Одного не пойму, Антон. – Варя моргнула, и глаза ее предательски заблестели. Мужчина с трудом подавил желание обнять девушку. – Я же честно сказала, что после озера ничего больше не будет.