Протокол «Алиса». Лимит свободы

 – Есть риск, что ущерб для обывателей будет слишком сильным.

– Вы бы предпочли и дальше взламывать сервера Фейсбука? – сердито спросила Катя. – Настоящая работа вам не по зубам? «Алиса» практически взяла под контроль весь Город и его обитателей. Разве не борьба за свободу от алгоритмов является девизом Движения? Вы же и начали с того, что машины управляют людьми и нужно помочь им вернуть себе власть над собственной жизнью и собственной судьбой? Что изменилось? Если ваши намерения те же, что и прежде, то «Алиса» – ваш главный противник.

Это же бог всех алгоритмов. Ни одна машина не имеет столько власти, ни один автомат не оказывает большего влияния на жизнь индивида.

– Нам нужна будет помощь, – заметил глава Армады. – Можно обратиться к китайской группе.

– Они плохо работают в команде.

– У нас кончаются варианты. Очевидно, что нам не хватает хороших хакеров.

– Я знаю кое-кого, кто сможет помочь, – Катя попыталась сказать это уверенным голосом, но в последний момент он дрогнул и все это заметили.

– Она про Алекса Рода.

– Он жив?

– Жив, но считай, что мертв. От него сейчас немного пользы.

– Я смогу его вернуть в дело, – заявила Катя.

– Все равно сомневаюсь. Его времена прошли, он слишком давно остается неудел. Мир с тех пор сильно изменился.

– Лучше обратиться к китайцам.

– Я все же… – начала Катя, но тут почувствовала, что браслет на ее руке завибрировал. Похоже, время вышло. – Врассыпную, – скомандовала девушка и все мгновенно бросились в разные стороны, только Каилс ненадолго замешкался.

– Что случилось? – пробубнил он в недоумении. Но тут же начал пятиться назад, услышав тихое жужжание пропеллеров. – Да как вы узнали? – Едва Каилс сделал шаг, его со всех сторон обволокла тяжелая сетка и он беспомощно повалился на бок.

Катя обернулась на стоны за спиной, но быстро поняла, что ничего поделать уже нельзя, вокруг кружили дроны. Она заметила, что машины стали гораздо маневреннее, чем были раньше – технологии быстро развиваются. Партизанам тоже нужно действовать и эволюционировать быстро.

Тот, кто замешкается на этой войне, потерпит поражение. Конкурентоспособность людей быстро падает. Сейчас они еще могут что-то противопоставить алгоритмам, но уже скоро окажутся совершенно беспомощны. Речь даже может идти не о годах, а о днях. Ее соратники были отчасти правы. План ни на что не годился, просто потому что работа шла слишком медленно, а противник видоизменялся стремительно. Тут нужно радикальное решение.