Мученик

Он также отговорил её обращаться в полицию и сам занялся твоими похоронами. Твоей сестре он сказал примерно следующее: “Он был в таком ужасном состоянии, что тебе этого лучше не видеть.”.

Дальше я его уже не слышал. По потустороннему чужому городу разнёсся пронзительный крик, полный злобы и обиды за то, что в итоге люди, у которых изначально есть больше, чем у других, вновь одержали победу. Никогда не думал, что когда-нибудь во мне появится столько эмоций, что я просто потеряю достоинство и я буду кричать от бессилия.

Чтобы выплеснуть злобу, я, под воздействием импульса, швырнул о пол вытянутый двухметровый ящик с бумагами, который стоял неподалёку от меня. С грохотом, стальная конструкция упала на землю, а бумага из неё картинно разлетелась по сторонам. Вот только легче мне не стало, хотя где-то глубоко внутри мне было немного приятно смотреть на устроенный хаос. Наблюдатель было открыл рот, чтобы что-то сказать, но решил этого не делать.

Мне было не жаль умереть с осознанием того, что следом за моей будет испорчена ещё чья-то жизнь, потому что это будет значить, что не только я один страдал. Но, если в результате произошло ровным счетом ничего, то моя ужасная смерть была напрасной. Никакого равноценного обмена. Ровным счётом ничего не изменилось. Да, возможно я отвратительный человек, если кому-то желаю зла и неприятностей, даже будучи мертвым. И всё же я уверен, что хотя бы этот парень заслуживает наказания за то, что он сделал.

За то, кем он родился, кем стал и за то, что сделал со мной.

Происходящее сейчас попросту несправедливо! А ведь есть и другие люди, которые живут в такой же несправедливости, а то и хуже. И они умирают, ничего не изменив? Насколько же лёгкой должна быть жизнь этого урода, что он вышел сухим из воды даже совершив убийство?! Да что не так, мать вашу, с этим миром?!

– А что с другими людьми, с которыми я общался? А с коллегами на работе? – Спросил я уже сорванным голосом, когда устал бесконечно кричать с обрыва пирамиды в пустоту.

Шансов на устраивающий меня ответ было мало, но я всё равно цеплялся за последнюю надежду оказаться полезным и нужным хоть кому-то. – Уж они-то не могли не заметить моего отсутствия…

– Ты жил своей жизнью, не общаясь ни с кем, пока тебе не было выгодно замечать остальных.