Если ты вернёшься…

Влюбился? Я? В Алёнку? Бред!

Пытаясь избавиться от непривычных мыслей в голове, я засел за выполнение очередного заказа. Чтоб не думать о той, которая сейчас находится за соседней дверью. О девочке с огненно-рыжими волосами, которая лишила меня покоя взмахом своих ресниц.

***

Непроглядным чёрным куполом на город опустилась ночь. В бездонной небесной выси не было видно ни одной звезды.

Я стоял у окна, прислонившись лбом к прохладному тонкому стеклу. Бабуля удобно расположилась в мягком кресле.

Она вязала ажурную цветастую шаль из мохеровых ниток, смотря очередную мыльную оперу по телевизору. Иногда она замирала, словно прислушивалась к чему-то далёкому.

– Вот! Пожалуйста! – в сердцах воскликнула бабушка, снимая очки с переносицы.

– Что-то не так?

– Алёнка снова на крышу полезла. Мёдом ей там намазано, что ли? Ты бы приглядел за ней, внучок. Если тошно ей дома оставаться, пусть к нам приходит, я тогда буду спокойна.

Накинув на плечи толстовку завязал рукава узлом и вышел в подъезд.

С лёгкостью поднявшись по лестнице тихонько выбрался на крышу, чтобы не напугать соседку.

Девочка сидела на краю, притулившись к защитным перилам. Крадучись я подошёл к ней, стараясь не шуметь. Опустившись рядом дотронулся до плеча, заставив вздрогнуть:

– Алёна, это я, не бойся.

– Максим? Зачем ты здесь?

– Пришёл за тобой.

– За мной? Почему?

– Прохладно, – ответил я, пропустив её вопросы мимо ушей.

Сняв кофту набросил на её плечи, стараясь не смотреть в эти глаза, горящие непониманием и затаённым огоньком надежды.

Мне вдруг безумно захотелось обнять Алёну прямо здесь и сейчас, под тёмным небосводом, что скроет нас от всего мира в нашем тайном убежище, о котором известно только двоим.

– Алёна, мы можем поговорить?

– Конечно Максим, чем же ещё заняться ночью на крыше? Только и остаётся что вести душещипательные беседы.

– Я не о том… Алёнка, ты мне нравишься.

Серьёзно. Очень нравишься.

Девушка напряжённо смотрела на меня, будто ожидая подвоха или издёвки, глаза её заблестели, вмиг наполнившись слезами.

– Я думала, что ты другой… лучше остальных… но вы не отличаетесь. Это смешно? Это, по-твоему, смешно? Зачем Максим, чем я заслужила твои насмешки?

– Дурочка! Как только могла подумать о подобном?

Притянув её ближе крепко обнял, заключая в кольцо своих рук.