Только ты

– Новость о том, что вожак орши уходит, означает одно – в отряде снова начнётся вседозволенность, – рассуждал Аркял, поглядывая на лазутчиков. – Охранять нужно посёлок, обязательно, охранять.

Как оказалось позже, боялись не зря. Ещё две атаки пришлось отражать племени элли, с разницей в один день. В первый раз один варвар чуть не утащил эллийку. Тогда его проткнул мечом разъяренный суженый девушки. Во второй раз, два дикаря решили попытать судьбу и пробраться на территорию чужого племени. Один орши пытался схватить мальчика, только сам упал в ров, где сломал ногу.

Там его и закололи кинжалом. А второго поймали уже в лагере, когда он душил старика.

После таких событий элли ждали нападения ещё восемь лун, но наступил покой. Тогда Аркял принял решение, ослабить оборону.

***

Кирма тоже расстроилась положением дела в их племени. Ей приходилось под любыми предлогами отлучаться из посёлка, но только днём. Она перелезала через высокие стены каменного забора и мчалась к Яксу, чтобы накормить и выгулять его.

Девчонка долго раздумывала, как сообщить новому другу, что не забыла его, но ничего на ум не приходило. Она спешила домой, но всякий раз оборачивалась, надеясь увидеть насмешливый бирюзовый взгляд.

Глава 6

Едва дождавшись обеда, Кирма принялась за свои дела вне дома. Она стянула для питомца большой кусок мяса из кухни. Якс значительно подрос, и ему требовалось ещё больше еды для насыщения. Потом девчонка оттащила мешок с пищей к воротам лагеря, укрыла его горой валявшихся мелких шкурок, и помчалась помогать матери.

Отец немного успокоился, что священный клык пропал, списывая это на магию. И так как сам не верил в шаманов и магов, а больше рассчитывал на свою силу, ум и выносливость, то постепенно ослабил жестокую хватку власти. Он разрешил жителям выходить за пределы городских ворот, посещать соседние племена. Теперь девчонка могла беспрепятственно отправляться в лес на прогулку.

В тот день Кирма бежала, поглядывая сквозь ветви леса, как клонится солнце к закату.

Она даже два раза упала и испачкала нос в глине. Когда девушка достигла нужного места, её боевой дух иссяк. На поляне не было долгожданного друга. Присев на землю, Кирма обняла своего непослушного гиппогрифа и заплакала. Никогда до этого момента она не плакала. Даже когда отец жестоко наказывал её за детские шалости. А тут вот раз, и растрогалась. Её сердечко истосковалось по элли, по их беседам и прогулке.