Мы встретимся снова

Она встала и отошла в сторону, где быстро смочила небольшой кусок ткани и смыла с бёдер кровь, после чего вернулась к мужу.

Яс сразу же принялся целовать жену, возбуждая её губами, руками, языком. Кимиш хотела оттолкнуть мужа, но неожиданно её тело содрогнулось. Огонь страсти охватил её. Казалось, что-то в ней вот-вот взорвется. Приподнявшись, Яс стремительно ворвался вглубь лона жены, поражаясь тесному теплу. Кимиш задрожала, отдаваясь мгновенному блаженству. Реальность покинула обоих, а как только Кимиш пришла в себя, то увидела склонившегося над ней Яса.

Таинственная улыбка изогнула уголки губ юна. Он и припомнить не мог, чему он когда-то радовался, как в тот момент. А Кимиш ошеломленно смотрела на мужа, впервые увидев, как он улыбается. Она коснулась ладонью его щеки.

– Очаг нашей совместной жизни только начинает разгораться. У нас много времени впереди, чтобы ещё ближе узнать друг друга, – шепнула Кимиш, нежно улыбнулась и закрыла глаза.

– Обручившись с тобой, я стал мечтать. Я хочу видеть твоё лицо, когда обнимаю тебя, – неожиданно признался Яс, укладываясь рядом с женой.

 – Хочу видеть, как солнце встает и заходит. Хочу охотиться и добывать то, чем кормит народ земля. Я много хочу?

– Нет, Снег, – ответила жена, – это слишком мало.

Кимиш нравилось называть Яса Снегом, как переводилось его имя на наречии юна. Мужчина не произнес ни звука. Попробовав опереться на локоть, он нахмурился и вновь откинулся на спину.

Луч лунного света, проскользнувший сквозь оконное отверстие в дом, был единственным свидетелем произнесенных шёпотом слов.

Глава 3

День был гнетуще жарок, что предвещало грозу. К вечеру с холмов подул обжигающий ветер. В короткой рубашке из оленьей шкуры, но без рукавов, темнокожая девушка вошла в воду, освежающую после утомительного дня. Она с наслаждением плескалась, не замечая тёмных глаз, жадно наблюдавших за ней с берега. Женщина уже собралась выйти из воды, как почувствовала опасность. Её кожа покрылась мурашками, когда она босыми ногами ступила во влажную высокую траву.

Оглядевшись, она не заметила ничего подозрительного. Распутав пальцами короткие мокрые пряди, с которых бежали капли на плотно облегающую тело материю, она отжала с волос влагу, подобрала с земли вторую рубашку и медленно пошла в сторону города. Оглянувшись, юна передернула плечами и ускорилась. Она знала, что никто из своего народа её не тронет, ведь изнасилование соплеменницы тяжко наказывалось, но тревога подгоняла её к дому.