Дети леса

Отец сидел насупившись, осмотревшись обратился к дочери.

– Тебе не жалко брата?

– Что? Почему я должна его жалеть? – удивилась Хива, – Я первая заняла место, – обижено заметила она, не понимая упрека, – Просто нужно было раньше приходить. Мы же не какие-то Синегары, что бы мужчинам делать привилегии, – торжественно закончила она, потом вспомнила что нужно вести себя тихо, замолчала.

Подумав еще раз она спросила отца:

– Или, ты хочешь сказать что вы оставили это место для него?

– Твое место около матери Вей, – недовольно ответил отец.

– Она не помнит этого, Диас, – возразила Линау.

Хива посмотрела на брата, он пожал плечами.

– Его не было дома четыре года, – продолжал бурчать Диас, – Мой сын что должен стоять у стеночки?

– Она просто не помнит, будь помягче, – отвечала Линау.

– Нужно просто сказать прямо! – не выдержала Хива и встала.

Она поняла что лучше сделать как ее просят, она осмотрелась, свободных мест по близости не было, у нее в голове пронеслась мысль «Хиве Диас Ютан на семейной скамье нашлось место в самом конце».

Даже будучи внутри пятнадцатилетней она поняла что что-то здесь не так, она развернулась и пошла обратно, села на самый край скамьи. Она огляделась, и поняла что это только ее кошмар и не у кого до нее нет дела. Как же так, ведь когда ей было пятнадцать все были так приветливы с ней. Ей гордились и хвастались, а сейчас на нее не обращают внимания.

Неожиданно Хива почувствовала напряжение во всем теле и у нее закружилась голова.

Также внезапно все закончилась, ей даже на секунду показалось что она вспомнила что то важное, но нет, ничего нового в голову не приходило.

Собрание началось, заговорили старейшины. От громких басистых голосов у Хивы зашумело в ушах. Она стала искать глазами лекаря, но не находила его. В глазах стало темнеть, но сознание оставалось. Она держалась и старалась сидеть не выдавая своего самочувствия. Ей было жутко и страшно, она не понимала что происходить, будто духи предков играют с ней, лишая то слуха то зрения.

Она стала про себя читать молитвы, и постепенно ей становилось лучше. Она не помнила, присутствовала ли раньше на собраниях, в ее воспоминаниях день Начала Ветров это праздник, с большим пиром и плясками.

На сцене говорил ее дядя Зак, Хива стала вслушиваться.

– …никто не может понять что они ищут, и что им нужно, – сурово говорил он, – Их нападения не закономерны и не имеют смысла, но они стали происходить все чаще.