Под шепчущей дверью

А в конце недели должно состояться совещание, которое никак нельзя отменить! – выдал он за один присест, его мозг лихорадочно работал. – А в пятницу я обязательно должен выступить в суде. Вам известно, кто я такой? Потому что если известно, то вы должны понимать, что у меня нет времени на все, что сейчас происходит. У меня имеются обязанности, чрезвычайно важные обязанности, которые не могут быть проигнорированы.

– Ну конечно, я знаю, кто ты такой, – сухо сказал Хьюго. – Ты Уоллес.

Уоллес почувствовал такое сильное облегчение, какого никогда прежде не испытывал.

Он попал к нужному человеку. Мэй, кем бы – или чем бы – она ни была, похоже, у них мелкая сошка. А вся власть у Хьюго. Всегда, всегда, для того чтобы добиться своего, нужно иметь дело с главным.

– Хорошо. Тогда вы понимаете, что так дело не пойдет. И потому я буду очень благодарен вам, если вы примете необходимые меры, дабы исправить имеющееся положение дел. – А затем, не будучи абсолютно уверен в том, что перед ним не Бог, добавил: – Пожалуйста.

Спасибо. Сэр.

– Хм, – произнес Хьюго. – Да это какой-то винегрет из слов.

– Он любит так выражаться, – громко прошептала Мэй. – Может, потому что юрист.

Старик снова смерил Уоллеса взглядом.

– Называет меня Хьюго. Ты слышала?

– Слышала. Может, нам стоит…

– Хьюго Фриман, к вашим услугам. – Старик отвесил самый низкий поклон, на какой только был способен.

Мэй вздохнула:

– Или так…

Хьюго фыркнул:

– Умей радоваться тому, что имеешь. Не вечно же унывать.

Так на чем мы остановились? Ах да. Я Хьюго, а ты не рад, что мертв, но не потому что у тебя есть друзья, или семья, или еще какие розовые слюни в сахаре, но потому что должен работать. А собственная смерть причиняет тебя неудобства. – Он немного помолчал, над чем-то раздумывая. – Адские неудобства.

Уоллес расслабился. Он ожидал, что придется спорить и доказывать. И был рад тому, что нет нужды грозить судебным разбирательством.

– Именно. Именно так.

Хьюго пожал плечами:

– Хорошо.

– Правда? – Он сможет вернуться в свой офис самое позднее завтра днем или послезавтра в зависимости от того, как долго ему придется добираться до дома. Придется потребовать, чтобы Мэй доставила его обратно, поскольку у него нет с собой бумажника. Если совсем прижмет, он позвонит на фирму и велит помощнице купить ему билет на самолет. У него, конечно, нет при себе водительских прав, но что-то столь тривиальное не остановит Уоллеса Прайса.