Под шепчущей дверью

Вот почему памятка для новых сотрудников включала детальный список «правильной», по его мнению, одежды. Хотя он не требовал, чтобы все одевались в дизайнерские вещи (особенно учитывая кредиты, взятые на обучение), но все же, если кто-то носил одежду, несомненно, приобретенную на распродажах, его неминуемо ждал разговор о необходимости выглядеть достойно.

– Вы жесткий снаружи, но внутри вы маршмеллоу, – заявила она.

Его никто еще так не обижал.

– Миссис Райан…

– Пожалуйста, зовите меня Патрисией. Я много раз просила вас об этом.

Да, так оно и было.

– Миссис Райан, – твердо сказал он. – Я радуюсь вашей высокой оценке моей персоны, но мне кажется, нам есть что еще обсудить.

– Верно, – поспешила ответить она. – Конечно. Я знаю, вы не любите, когда вас хвалят. Обещаю, что не буду больше говорить вам комплименты. Мы ведь, в конце-то концов, встретились не для того, чтобы обсуждать вас.

Он почувствовал облегчение.

– Вот именно.

Губы у нее дрожали.

– Мы разговариваем обо мне и о том, что в последнее время мне приходится очень трудно.

Вот почему вы вызвали меня к себе после того, как застали плачущей в кладовке.

Он подумал тогда, что она делает там инвентаризацию и у нее аллергия на пыль.

– Думаю, нам нужно перейти к…

– Кайл не прикасается ко мне, – прошептала она. – Вот уже несколько лет я не ощущаю его рук на своем теле. Я говорю себе, что такое бывает, если люди живут вместе очень долго, но боюсь, причина не только в этом.

Он вздрогнул.

– Не уверен, что допустимо…

– Знаю! – воскликнула она.

 – Это абсолютно недопустимо! Знаю, я работала по семьдесят часов в неделю, но разве это так уж много – просить мужа выполнять свой супружеский долг? Мы же клялись делать это.

Какой ужасной должна была быть их свадьба. Они наверняка праздновали ее в «Холидей Инн». Нет. Хуже того. В «Холидей Инн Экспресс». Он содрогнулся от этой мысли. Вне всяких сомнений, там было и караоке. Судя по тому, что он помнил о Кайле (а помнил он совсем немного), тот, скорее всего, пел мешанину из «Джорни» и «Уайтснейк», время от времени делая глоток того, что называл пивасиком.

– Но я не возражаю против сверхурочных, – гнула свое она. – Это часть работы. Я знала об этом, когда вы нанимали меня.

Ага! Лазейка!

– Кстати, если говорить о найме…

– Моя дочь сделала пирсинг в носу, – грустно покачала головой Патрисия. – И стала похожа на быка. Моя маленькая девочка хочет, чтобы за ней гонялся матадор и втыкал в нее всякие ужасные штуковины.