Падение

– …Но тут! – продолжил Сэм с сияющей улыбкой, убирая пистолет под жилет. – Ворон спикировал и выклевал тигру глаза. Царь джунглей ничего не мог поделать и ушел под бурную воду. «Вот теперь, – сказал ворон, улетая, – я увижу то, что видит царь джунглей».

В комнате опустилась тишина, перелилась в кабину.

– Если ты думаешь… – начал Билл.

Сэм с силой схватил Кэрри за руку, вытянул и прижал к столу, со стуком уронив свой стул. Элиза с криком проснулась.

– Ты пропустил мораль, Билл, – сказал Сэм. Кэрри скривилась.

Билл видел, как пальцы Сэма впиваются в ее руку. – А мораль такова: я получу то, что хочу. Чем ты при этом пожертвуешь, решать тебе. Записывай видео.

Взяв кружку, он опрокинул ее на белую кожу Кэрри, и приглушенные кляпом крики слились с плачем дочери.

Сэм отключил связь, и экран почернел.

Билл схватился за ноутбук. Уставился в черный экран, тяжело дыша. Он понятия не имел, сколько так сидел, глядя в пустоту. Только стук, с которым за дверью кабины открылся туалет, вывел его из ступора.

Бен скоро вернется.

Когда Бен вышел из туалета, Джо только открывала сливки – на ее темные пальцы прыснули мелкие капли, неизбежные от давления на высоте. Вытерев руки салфеткой, она размешала сливки и сахар и показала на кофейник.

– Кофе остыл, так что я заварила новый. Я уже почти все.

Второй пилот глянул на кабину.

Протоколы FAA и авиакомпании предписывали быстро выйти и быстро зайти, но сегодня FAA здесь не было. Джо ставила на то, что в силу своих молодости и наглости пилот окажется бунтарем, а не педантом, и, к ее облегчению, он действительно небрежно оперся на кухонную стойку.

– Сегодня сходишь на землю? – спросил он.

– Не-а, – ответила Джо. – Завтра в Портленде – обязательно. Но в первую ночь я отрубаюсь и отсыпаюсь. Ты же знаешь, что я замужем уже девятнадцать лет? Можно подумать, уже пора бы привыкнуть спать под его храп.

– Вот еще причина, почему я один.

– Ага. Именно по этой причине, – сказала Джо, глядя, как Бен ищет глазами молодую стюардессу в конце салона.

 – Живешь далеко от Лос-Анджелеса? – спросила она.

– Нет, в Лонг-Бич.

– О, и я там жила, когда только переехала. А где работал до «Коустал»? Ты здесь уже…

– В январе будет три года, – сказал Бен. – Работал на региональной линии в Буффало. – Он покосился на светящуюся кнопку кофейника.

– Уже вот-вот, – сказала она, подмигнув, и положила одну руку на стойку, а другую – себе на бедро.