Брисеида. Тени и химеры

Интересно, что может получить создание, живущее в Мире Снов, от угнетения физического мира… Ответ будет разным в зависимости от того, это создание – человек, который не бывает в физическом мире, или дух Мира Снов, как, например, старец пустыни… Но, конечно, личность Главы Цитадели так же невозможно раскрыть, как и саму Великую Тайну, поэтому сейчас нам этот вариант не подходит. Сначала мы должны ослабить Цитадель: старик убежден, что если мы сделаем все возможное, чтобы выявить оружие Цитадели и помешать ей в ее повседневных действиях, у нас будет больше шансов напасть на след Великой Тайны.

– Что ж, очень хорошо. Так каким же будет твой вопрос?

– …Почему химеры так агрессивны? – сказала Брисеида после секундного промедления.

– Очень хороший вопрос, – ответила Эйди. – Продолжай.

– Именно благодаря химерам царь Агис смог найти нас, вычислить и угрожать смертью. А в Цитадели полно химер. Очевидно, что эти существа находятся на службе Цитадели, и их следует бояться как чумы. И все же…

Пара терпеливо ждала продолжения.

– Группа сопротивленцев рассказала нам о феях, собирающих цветы снов, из которых черпаются идеи. Они сказали, что мы сажаем наши цветы в Мире Снов, а феи, помогая нам, распространяют пыльцу в реальном мире. История немного сумасшедшая, но она заставила меня задуматься, и я задалась вопросом…

– Да?

– Человечество создало Мир Снов?

– Естественно. Мир Снов – это не что иное, как накопление снов человечества.

– Но именно вы были первыми в пустыне, кто сказал нам, что химеры пришли из Мира Снов.

– Да.

– Так почему же они выступают против нас? Почему они служат Цитадели?

– Ты знаешь ответ.

– Потому что Цитадель нашла способ контролировать их. Цитадель – это паразит, который пробрался в Мир Снов и настроил химер против их создателей.

– Видишь, – засмеялся Мигель, – на свои вопросы ты замечательно отвечаешь сама.

– Но что сделать, чтобы химеры не навредили нам?

– Время от времени химеры пробираются в реальный мир.

Эйди жестом указала на скульптуру Нила Кубы-младшего. Брисеида икнула от удивления: статуэтки химер ожили, перебрались на пирамиду. Почти все они теперь занимали предпоследний нижний диск. Они кувыркались, валялись и расхаживали вокруг, как пестрая фауна на скотном дворе, чувствуя себя совершенно непринужденно в этом тесном пространстве.

– На втором диске химеры исчезают, – говорит Эйди.