История четвёртая. Вор у вора жену украл

Стараюсь не отодвигаться слишком заметно, но он замечает… Полыхнули ледяным пламенем глаза… Отец сощурился, ожидающе… Муж жёстко улыбнулся, отсалютовал Кассию Агриппе и, печатая шаг, вышел из кабинета, уцепив меня за локоть жёсткими пальцами. Чуть не взвыла от боли. Совсем оскотинился! Попыталась пнуть его ногой, но на бегу это сделать затруднительно. А вися вниз головой на плече – тем более. Легионеры улыбаются. Ага. Цирк уехал, клоуны остались.

Глава третья: О том, как консул Империи отправился в отпуск, о встрече Воробышка со взрослыми детьми, а также о методике воспитания, принятой у Вителлиев Северов.

– Вителлий Север я сейчас умру! Ты себя в зеркало видел?

Валяюсь на полу, заливаясь счастливыми слезами. Живот уже болит от смеха. Муж примеряет штатские костюмы. Решил путешествовать инкогнито.

– Вителлий Север! Сколько лет ты носишь форму?

– Сколько себя помню, кариссима. Но какое это имеет значение?

– Нехорошо говорить такие слова мужу, но я тебе скажу: не строй из себя идиота. Ты смотришься в штатском так же, как я в форме.

Муж посмотрел на меня, содрогнулся и… начал сдирать с себя штатские тряпки. После чего присоединился ко мне на полу. Время до отлёта провели очень весело. Если бы не отец, вообще сегодня бы не вылетели. Но Кассий Агриппа неумолим. Сказал – путешествовать, значит – путешествовать. Пригрозил задействовать древнюю катапульту, чтобы вышвырнуть нас на орбиту. Тиран и деспот!

– Надень старую форму без знаков различия. Или со знаками. Без разницы.

Хлоп! Ладонь мужа зажимает мне рот. В его глазах я вижу суеверный ужас.

– Кариссима, помолчи. Или я точно с ума сойду.

Моргаю глазами поверх руки мужа. Обиделась. Меня расцеловали, унесли в ходовую рубку и усадили в кресло второго пилота, настрого запретив прикасаться к чему-либо. Консул, наконец-то надевший форму, занялся процедурой взлёта. "Кариссима" не так быстроходна, как яхта Алонсо, но и не намного ей уступает.

А вот автопилота на кораблике нет. Так что сижу рядом с мужем и смотрю, как он маневрирует между тяжёлых кораблей. Папуля, похоже, сюда половину флота согнал.

– Ничего не получилось бы, кариссима. Если бы я не разрешил твоему отцу посадку, планету можно было бы только уничтожить.

– Откуда ты знаешь, о чём я сейчас подумала?

– Я наблюдал за тобой годами, кариссима.