История третья. Добыча герцога

Может быть, командующий прислушается к просьбе твоих родителей?

Вот тут притворяться не пришлось. Мы вшестером заржали так дружно, как будто репетировали перед этим несколько часов. В самом деле: благородный Кассий Агриппа и неведомая "дорогая мамочка", умоляющие консула проявить жалость к своей дочери… Комедия! Но интересно, что такого произошло, что от консула требуется "понимание"?

Синеглазый красавец, переждав наш смех, сказал:

– Вашему Императору не понравится, если никто не попытается выручить его мать.

– Логика на высоте. Вот только сейчас принимает решения Регентский совет. Император слишком молод, чтобы суметь абстрагироваться от эмоций.

– Ты разумная женщина. Посмотрим, насколько разумен твой мужчина.

Что они задумали? Зачем всё это? Я не подумала ещё об одном… Когда рядом со мной оказался громила с закатанными рукавами, и положил свою лапищу мне на спину возле шеи… Во мне проснулась "дорогая мамочка". Офицер даже отшатнулся слегка под моим негодующим взглядом. Потом улыбнулся молча, блеснув сахарными зубами, и отвернулся к голографическому экрану.

И опять я смотрю на мужа, ожидая его решения. На этот раз я не безоружна, но между нами страшно представить какое расстояние. Нуль-переход вещь хорошая, но четыре часа лёта по-любому. Два – на разгон, два – на торможение. Это ройхи меняют миры в мгновение ока. Взлетели в одном, приземлились в другом. Наверное, всё-таки, магия существует…

– Может быть тебя поторопить?

Кивок громиле, и он, шагнув вбок, чтобы лучше было видно, дёргает меня к себе за комбез и два раза бьёт по лицу.

Сильно. Во рту вкус крови… Где-то далеко слышен вопрос офицера:

– Повторить?

А у меня в руке подарок барона Алека, выхваченный из берца. Столько времени я потратила, отрабатывая технику незаметного выхватывания ножей… Могла бы не стараться. Почему они не следят за мной? Ни один из наших никогда не оставит без внимания разъярённую "дорогую мамочку". Или, ввиду отсутствия у меня военной выправки, они решили, что могут безнаказанно надо мной издеваться? Зря…

Все эти мысли промелькнули в одно мгновенье.

Слизываю кровь с разбитой губы… Покачнулась… Меня опять дёргают для новой порции ударов. А я пролетаю вперёд и мимо, ткнув ножом под вздох. Ага, рванув вверх, потом вниз и вбок, и опять вверх и вбок, изобразив символ молнии. Безднова кость режет как масло всё, – и тело, и амуницию. Опять слизываю кровь с губы… Преторианцы и центурион нейтрализовали охранников и офицера.