Воробышек. История «дорогой мамочки»

Ну, камней здесь полно… Но камень против арбалета – даже не смешно…

Вот только куда идти? И в каком составе? Меня здесь вообще «в упор не видят», обсуждают между собой направление. И у каждого, как водится, своё, единственно правильное мнение. Плевать на них. Сделала из комбеза скатку, завернув в него бельё. Берцы обула. А то я босая была. Ступни только-только в порядок привести удалось. В общем, экипировалась, чтобы руки не занимать. Мужчины наблюдают. Молча. Искоса.

– Я ухожу. Подальше отсюда. Не хочу встречаться со стражей.

У них оружие дальнего боя – мы в заведомом проигрыше.

– А мы-то думали, ты у нас дурочка… Молчишь, глазами хлопаешь… – Весельчак улыбается, а глаза – холодные, оценивающие.

Я не привыкла к такому обращению. Я знаю, что сумею себя защитить, и была готова встречать опасности «с открытым забралом». Но не подумала о том, что самым сложным будет общение с людьми. В Новом Вавилоне меня защищают– если необходимо, то ценой жизни; и это настолько привычно, что воспринимается само-собой разумеющимся.

А здесь я никто и звать меня никак. Впрочем, у меня имени и нет. Чистокровная номер четыре тысячи пятьсот восемнадцать, линии «лямбда». Надо придумать какое-нибудь. А то нехорошо без имени.

– Зовут тебя как, воробышек? – Шпильман подключился к беседе…

Символично, однако! Воробышком меня назвал мой второй патриций, уточняя в моём присутствии: нет ли какой-то ошибки в «распределении». Объявил, что ожидал увидеть женщину, а не воробышка. Даже не задумался, что я могу обидеться на такое обращение… Что самое странное: выясняя всё это, крепко держал меня за руку.

Как будто боялся, что сбегу… Впрочем, военные – народ своеобразный… Надо отвечать, а я не придумала имя…

– Воробышек мне нравится больше, чем дурочка. Зовите Воробышком.

– А имя у тебя есть, Воробышек?

– А зачем оно? Если не нравится Воробышек, придумай другое. Я запомню.

– Пусть будет Воробышек. И в какую сторону ты собралась идти?

– Вверх. Обычно ищут внизу, потому что вниз идти проще.

Я собиралась подниматься вверх, в горы.

– А попрощаться с друзьями?.. – руки Весельчака легли на плечи.

Сказать, что я была удивлена и разгневана – не сказать ничего. Я смотрела ледяным взглядом в переносицу Весельчака и лихорадочно думала, что мне делать. Убивать их – не за что пока, а вырубить – так очнутся же! Злые будут и в погоню кинутся…

– Какой взгляд! Принцесса крови, не иначе! Ты, дурочка, радоваться должна, что на тебя внимание кто-то обратил.