Крушение империи

– Уж не хочешь ли ты сказать, что они нас специально выследили? Ну и чем же они хотели поживиться? Несколькими мешками непроданной пшеницы?

– Ну, конечно, не пшеницей. Я думаю, чем-то более ценным. А то бы стали они так рисковать, нападая на хорошо вооружённое судно. Им что-то другое надо.

– Что же?– удивлённо воскликнул Иосиф.

– Это бы надо у них расспросить. Вот очухается Диего, тогда у него разузнаем, кто же на нас напал?

– Да, с ним нам повезло. Надо же, вытащить из воды корабельного плотника, которого нам так не хватало.

Вот потом и не верь чудесам.

Приближался долгожданный вечер, и палящее солнце перевалило за правый борт судна, следующего курсом на юг. Подул попутный ветерок, и «Ангел», благодарно надув паруса, быстро заскользил вперёд, оставляя за кормой пенящийся след. Соломон, который устроил спасённого Диего на отдых, стоял на палубе и любовался закатом. Вокруг него простирались бескрайние морские просторы. Золотой диск солнца уже касался своей огненной сферой голубой каёмки водной глади.

Соломона вдруг поразило то, с каким постоянством на протяжении множества тысячелетий солнце проделывает этот цикл, ставший таким естественным и закономерным для всего человечества- восход и закат. Не удивительно, что на протяжении многих веков язычники, заворожено наблюдая за солнцем, считали его своим главным божеством.

– Видишь, какая красота?– присоединился к племяннику Иосиф, – настоящий закат можно наблюдать только в открытом море.

– Неужели этим будут также любоваться через пятьсот, через тысячу лет? – спросил мечтательно Соломон.

– Конечно, будут. Мы с тобой песчинки во времени, а солнце и море вечны. Но те кто будет также заворожено, как и ты, любоваться закатом, хоть через пятьсот лет, обязательно найдёт след твоего восторга на солнце. Уж ты мне поверь.

– Дядя Иосиф, ты так уверенно об этом говоришь, как будто видишь будущее.

– А я сам и есть будущее,– ответил Иосиф удивлённому Соломону, и тут же пояснил,– но для тех кто любовался солнцем пятьсот лет назад.

Вот тебе и законы времени, – заключил шкипер.

– Не знаю, как меня, но тебя, дядя Иосиф, солнце точно запомнит для потомков.

– Пускай помнит. У потомков есть чему у меня поучиться,– гордо произнёс шкипер и продолжил уже серьёзней,– ты думаешь лет через пятьсот люди будут сильно от нас отличаться? Как бы не так. Они будут такими же, как и мы, детьми природы. Быть может, их корабли будут двигаться быстрее, и пушки будут стрелять дальше. Только и всего.