Агентство «Красный браслет»

По прилету в Париж она не стала медлить с последним разговором с шефом. Все равно ничего судьбоносного в ее жизни уже не произойдет: и так все ясно, что станет с ней.

Управление модельной компании расположилось на одном из этажей старого здания в периферии города Париж. Она всегда пользовалась метрополитеном городским, несмотря на то что грязь и вонь на станциях вызывала у нее тошноту. Виктория никак не могла сравнить парижское метро с питерским. Петербургским метро она гордилась и всем рассказывал о нем. Город свой она безумно любила и при первой же возможности ездила туда навещать свою мать.

«Теперь мне придется окончательно и бесповоротно снова заселиться у мамы. Карьера моя на Западе закончилась. Завершилась ничем. Зря потраченные годы. Как мне жаль их…»

Она остановилась перед старым зданием и все не решалась идти на последний разговор с управляющим. Ей предстояли неприятнейшая встреча и омерзительный разговор. Она почувствовала легкую дрожь в ногах и бесконтрольные легкие подергивания в руках.

Во рту у нее пересохло и язык прилип к небу. Она решила позвонить матери, чтобы как-то побороть свой страх. Слава богу, мама оказалась на связи.

– Здравствуй, мама! Как у тебя дела? – кое-как выдавила из себя стандартные слова в таких случаях Виктория.

– Все хорошо, Викуля. Ну как, уволили уже?

– Нет… Еще… Я… Стою, пока… Точнее иду уже туда.

– Ты не переживай, доченька. У тебя есть профессия. Приезжай домой. Пойдешь обратно в школу работать.

– А так не хочется, мама. Я… Уже там работала.

Не знаю, что делать, мама. Я так привыкла…

Виктория заплакала в трубку. Она достала из своего джинсового рюкзака сухие салфетки и спешно начала сушить лицо и нос. Мама молчала и ждала, пока дочь сама успокоится.

– Мама… Ты еще здесь?

– Да, зайка моя. Все будет хорошо. Мы не пропадем. Впрочем, решай все сама. Ты уже взрослая девочка. Но будь осторожна и не совершай то, о чем потом придется тебе до конца жизни жалеть.

– Хорошо, мама. Ну, я пойду…

– Иди. И выше голову.

Ты умная и красивая женщина. Не унижайся ни перед кем!

– Хорошо, мама. Пока.

Вика сделала несколько глубоких быстрых вдохов и со словами «Черт бы всех их там подрал!» вошла в здание.

– Господин Дюмонд, к Вам госпожа Панова Виктория. Допустить ее к Вам?

Шеф модного дома ничего не сказал. Он только рукой ей махнул с недовольным взглядом. Дюмонду уже было за пятьдесят. Тучный и неухоженный на вид человек, часто менял любовниц и жил давно уже без семьи.