Клон моей жены

Одновременно начал хлестать сильный дождь. Крупные капли вперемежку с градом мощно забарабанили по жестяной крыше, создав такой адский шум, что о сне можно было напрочь забыть. К этому гвалту прибавились жуткие завывания ветра, который проникал отовсюду.

Рональду стало неуютно и жутко. Он, взрослый мужчина, вспомнил свои детские страхи, когда с каждой вспышкой молнии ему мерещились за окном чудовища и драконы.

Рональд вскочил с постели, зажёг свет и подошёл к окну. Гроза с ливнем стали затихать и уже не так страшно шумели.

Рональд решил спуститься на первый этаж и взять из кухонной аптечки снотворное. Но только он направился к лестнице, как, о ужас, ему показалось, что кто то играет внизу на рояле. Да, да он слышал звуки и даже мог различить мелодию.

«Это Шопен»! – Мелькнуло в мозгу и мороз прошёлся по коже. Звучала та самая «Экспромт–фантазия», которую так любила играть его жена. Рональд хотел было спуститься вниз и проверить то, что слышал, но, сделав пару шагов, замер на месте. Внезапный звонок сотового телефона, вывел его из состояния ужаса.

Это был Эдвард.

– Ну как ты дружище? Нормально доехал? Эти электронные такси в сильную грозу могут дать сбой и сбиться с курса.

Рональд молчал, будто проглотил язык.

– Алло! У тебя всё в порядке? Ты где?

– Я в новом доме. Хотел сменить обстановку. Но..

– Что-нибудь случилось?

– Тут так не уютно, особенно в эту жуткую грозу.

– Ну ещё бы. Нашёл время. Но гроза уже успокоилась. Можешь спать спокойно.

– Слушай Эдвард! Мне не только гроза мешает.

– А что ещё?

– Рояль заиграла среди ночи?

– Рояль? Ты же там вроде один? А сам играть не умеешь.

– В том то и дело, что один, но рояль заиграла на первом этаже.

– Чушь какая! Это невозможно. Тебе от страха послышалось наверное?

– Ну не знаю. Может и послышалось.

– Слушай, Рони. Давай одевайся и приезжай ко мне. Я сейчас за тобой машину пришлю. Диктуй свой новый адрес.

В то утро Рональд проснулся на квартире у друга.

– И всё -таки что за музыку я слышал в доме? Неужто мне показалось?

– Конечно показалось.

Рони, дорогой! Ты понёс невосполнимую утрату, был сильный стресс, перешедший в депрессию. Не мудрено, что на фоне шума грозы тебе послышались звуки той музыки, которая исполняла твоя любимая жена.

– Эдвард! Я не настолько свихнулся, чтобы не отличать шум дождя от мелодии Шопена.

– Ну и кто же по твоему играл на рояли? Кто?

Друзья замолкли тихо попивая утренний кофе.